Проклятие Древнего короля

-…и теплой. Твоя жизнь не напрасна, как и смерть. Ведь ты часть мира, без которого он никогда бы не стал целым. Да хранит тебя Поднебесная.

– Нас всех хранит Поднебесная! – вторили ему остальные и устремили взгляды вверх, прижав правый кулак к груди. Так же отдавали честь стражи вышестоящим по рангу.

– Поднебесная? – недоуменно промолвила я, когда Яр сложил ладони мертвого товарища на груди и поднялся. – Мы говорим иначе: «Да хранят Древние».

– В отличие от созидателей, разрушители, или Вельнарцы, верят в силу Короля и его дары.

Потому появление радуги все равно, что благословение, – пояснил он.

– Радуга – это всегда дождь, – догадался Змей.

Страж-разрушитель кивнул:

– Дожди в наших краях большая редкость.

– Мы тоже верим в Короля, – заметила я.

Яр хрипло рассмеялся и демонстративно медленно убрал кинжал за пояс. Ладонь Змея, что сжимала мое плечо, немного расслабилась.

– Отнюдь, созидатели верят только в его кровь. Вы чтите Короля, но считаете его красивой легендой да источником силы – оружием, когда для нас он остался надеждой.

Лишь потомок все еще…

– Неправда! – возразила я. – Асигнаторы служат только воле Короля, а не потомкам! Ты не знаешь всего… И не можешь судить.

Яр смущенно почесал затылок:

– Может и так, – согласился он. – Но вспомни, Король спас не только Сарем, но и Вельнар. А когда нас коснулась беда, вы оградились стенами и стали истреблять прокаженных. Хотел бы этого Король? Ведь все мы его народ.

Я стиснула зубы, а Змей мое плечо, когда почувствовал его напряжение. Мне вдруг стало обидно.

Все это время Яр врал и теперь твердо заявил, что мы перестали верить в того, кто спас наши земли. Лицемерие… Почему же я раньше за ним никогда этого не замечала?

– Ярвик! Камень мне под пятку! Уже не надеялся тебя увидеть!

Мимо нас прошмыгнул счастливый Альб.

– И тебе доброго дня, – вымучено, но все же радостно улыбнулся страж-разрушитель.

Они по-дружески ударили по рукам и обнялись, а я ощутила, как моей ладони коснулись. Когда оглянулась, увидела бледное лицо Эльмы. Ее зеленые глаза метали молнии, а губы растянулись в тонкую линию.

Я подивилась, насколько сильно сейчас она напомнила Эрму. Та тоже, когда злилась, надевала маску строгости, и, чувствуя неладное, я сжала холодные пальцы сестры.

– Ты в кого превратился? – продолжал разглагольствовать Альб. – Весь оброс, посуровел…

– На себя в зеркало посмотри, – упрекнул его Яр. – Ни капли не изменился, все такой же рыжий и растрепанный, словно буйный поплясал на голове.

– Зеркало? Хм..