Убить дракона.

Дело ведь не только в том, чтобы у тебя был кто-то, с кем можно проснуться рядом. А в том, чтобы доверять другому, понимая, что он не предаст тебя. Знать, что среди хаоса сказанных тобой слов он сможет увидеть твои чувства и понять твою боль, прижмёт тебя к себе и не отпустит. Главное в том, чтобы ощущать поддержку и заботу о себе, и не важно, рядом ли он сейчас, ты просто знаешь - ты важен ему! Всё дело в надёжности, в доверии и в том, чтобы не уйти, когда всё становится слишком странно...

- А я – в своем Прошлом даже не догадывался, что через пару столетий ты появишься в моей жизни.

- Но ты ведь не уйдешь?

- Я бы не хотел. Но, кто знает – надолго ли я здесь?

- Этого никто не знает. Все мы тут – путешественники во Времени. Вон у нас с сержантом – вообще одна душа на двоих. И как знать – ЧТО станется со мной, если с ним что-то случится? Как бы, кстати, его из нашей грядущей драки исключить? Совсем не хочется им рисковать. И Динкой – тоже.

- Но своими-то мальчишками ты рискуешь?

- Мои – снаружи всего этого безобразия.

А ребята – внутри. Чувствуешь разницу?

- Это да. Но, раз никто не в курсе – сколько нам осталось, то, может быть, не станем времени терять?

- Ага. И ты, наконец, меня хотя бы поцелуешь?

- Мне ОЧЕНЬ нравится твоя последняя фраза! – улыбнулся император.

Но не успел меня даже обнять. Потому, что в комнату влетела Динка.

- Ой! – пискнула она. – Кажется, я не вовремя?

- Заходи, чего уж там – вздохнула я. – Саша тут уже был. Ты – есть.

А Василий Юрьевич, судя по всему, будет следующим. Что там опять случилось?

- Василий Юрьевич и Саша собрали самые ценные экспонаты из художественной коллекции музея. Теперь ждут вас, Павел Петрович, чтобы вы помогли их спрятать. Вы же говорили, что под Замком скрыты подземные ходы, известные только вам.

- Так оно и есть - вздохнул император.

И с видимым неудовольствием поднялся и поправил одежду.

Я тоже встала и грустно покачала головой. Нет, ну что за фигня у нас с Павлом творится? То дружно монстров бьем, то без конца отношения выясняем.

Причем истово, шумно, со скандалами и угрозами рукоприкладства. Прямо, как итальянская семейка какая-нибудь! И при этом отчего-то боимся признаться в том тепле и нежности, которые испытываем друг к другу. Впрочем, я сейчас императору в своих чувствах, практически, призналась. А толку-то?

Эх, идиллия прервана, война идет по всем фронтам, и надо спасать материальные ценности от мародеров.