Лорды гор-4. Любовь и корона

Виолетте показалось, словно сквозь промерзшую почву проросло солнце и растеклось по земле сплошным огненно-золотым океаном.

И Тьма дрогнула, отхлынула, приподнялась необъятной тушей, подобрала свисающие бесчисленные щупы.

– Они отступают! – крикнул кто-то из северных магов. – Тёмные уходят! Такого ещё не было! Они уходят!

– И нам пора! – отозвался Игинир. – Вперёд!

– Стойте! – спохватилась принцесса, пытаясь повернуться и заглянуть ему в лицо. – Ещё ничего не закончилось! А Яррен? Разве вы его не подождёте?

– Похвальная забота для будущей императрицы, – процедил наследник.

– Не волнуйтесь за вашего телохранителя. Если жив, догонит.

– А если он ранен?

– Я же сказал: если жив, догонит.

– Я не оставляю своих людей! – Летта уже забыла о здравой мысли не связываться с инсеем. – А если его убили? Надо хотя бы похоронить!

– Если он убит, тёмные его труп уже забрали и приспособили.

– Спустите меня на землю, немедленно! – Принцессе хотелось топнуть ногой, но попробуй топни по воздуху на такой высоте.

Хотелось заплакать от беспомощности, но не стоят эти бессердечные ледышки слёз дочери огненного короля. А при мысли об отце сердце заныло, как никогда, и слёзы всё-таки навернулись на глаза. Почему принц просил помолиться? Северяне не верят в Безымянного бога.

Игинир лишь плотнее закутал её в шубу, дёрнул капюшон, опустив его до упрямого девчоночьего подбородка, и гикнул так, что в ушах зазвенело. Дракон понёсся на север, перегоняя ветер.

Глава 3. Яррен и принц Севера

Поглотившее горца облако жалящей тьмы оказалось не только отвратительно на вид и склизко на ощупь, оно ещё и воняло мертвечиной и наверняка было ядовито.

Яррен задержал дыхание.

Он мог долго не дышать под водой. Да что там, он при особом желании мог дышать водой, как рыба. Но не этой зловонной тьмой, которая оплетала тело и душу паутиной и высасывала из него жизнь.

Потому, не дожидаясь, когда иссякнут силы в неравной борьбе, Яррен впервые в жизни сам призвал помощь духов Белогорья, ударил по удушающей тьме заклинанием света и тут же, пока нечисть не пришла в себя и не контратаковала, выскользнул из ловушки, уйдя потусторонней тропой духов.

Очень короткой тропой. Судя по близости огромной тучи мрака на небе, он перенёсся метров на сто и с головой провалился в глубокий, заполненный снегом овраг, откуда мог видеть только потусторонним оком призванного духа.