Дикое царство. О чем поет Север

– Уноси свою… – она выплюнула слово, граничащее по смыслу с «блудницей» – и пусть она мне не показывается на глаза.

– Разие оставь в покое.

– Это мое дело!

– Нет, мое! Я приказываю тебе. Если хочешь оспорить приказ – иди к Солену.

Шойдра фыркнула раздраженно, но развернулась и ушла. Дарий после этого повернулся к нам, встревоженно осмотрел.

– Как вы?

– Я в порядке, – кивнула я.

– Разие? – воскликнул Радж, подбегающий к нам. – О Судьба, что случилось?

– Шойдра, – прорычал Дарий.

– Вся в своих братьев, – сплюнул Радж.

Он опустился на колени, убрал волосы с лица Разие и шумно выдохнул.

– Это исцеляется? – спросила я.

– Когти от призыва звериной сути… не всегда. Нужно иметь сильный организм и большой запас праны. Исцелять такие раны могут воины и то не серьезные.

– Это же царапины на лице, это ничего серьезного. Она сможет.

– У нее не развиты способности к самоисцелению, – сказал Радж, осматривая лицо девушки. – Боюсь, что шрамы останутся.

– О, нет! Она… так беспокоится о внешности. Она же такая красивая!

– Она и останется красивой, – рыкнул он на меня, за что получил рычание от Дария.

– Она все равно будет переживать.

– Зато к царю ходить больше не будет! Так лучше.

– Ты еще скажи, что Шойдра правильно сделала, – закричала я на него.

– Нет! Тысячу раз нет! Я сам хочу разорвать ей лицо. Я лишь говорю, что Разие останется красивой даже несмотря на это. Она такая прекрасная, что какие-то царапины ее не испортят.

Я ошарашенно уставилась на Раджа.

– Вы общались?

– Нет, – покачал головой Радж. – Я только смотрел на нее. Так, несем ее в комнату. Зовите лекарей.

Через пятнадцать минут в комнате Разие была Лаванья и Зара, они забинтовали ей сломанную руку и ушибленные ноги. Промыли раны и наложили мазь на лицо. Радж следил за ними с взглядом настоящего хищника.

Разие пришла в себя один раз, когда все уже покинули ее комнату.

– Эстер…

– Я здесь, все хорошо.

– Как ты…

– Сиранзи привела.

– Ах, она заботливая. Спасибо, что пришла.

– Ерунда. Она же позвала и Дария.

– Хитрая кошка, – через боль усмехнулась девушка.

– Ты в безопасности.

– Надолго ли… хотя да. Мое лицо.

– Все в порядке, все заживет.

– Не нужно врать. Хотя… я знаю, что ты врешь много.

– Разие…

– У тебя все будет хорошо, я вижу это.

– Отдыхай.

Когда я вернулась к себе в комнату, там сидела Люкасса.

– Как она?

– Живая, – тихо ответила я.

– Как ее лицо?

– А вы как думаете?

Люкасса грустно улыбнулась.