Жена для Главы Ковена

Цвета горных вершин, озаренных последними лучами заходящего солнца. Цвета спокойного северного моря в летний вечер. Когда–то давно, когда он был еще совсем маленьким мальчиком, мама отвезла его к морю. Северному, холодному морю, которое прогревалось только к концу лета, когда тени становились длиннее, и солнце садилось, казалось, прямо в бездонную морскую гладь. Тогда лорд часто приходил на маленькую песчаную отмель, которая скрывалась в уединенной бухте недалеко от их скромного загородного дома. Он снимал сапоги.

Он решительно поднялся из-за стола, подошел опять к распахнутому окну. За окном было темно и тихо.

Только клерии фосфорицировали в глубине сада, создавая причудливый рисунок. Их белые соцветия то закрывались, проглотив голодное, привлеченное светом насекомое, то открывались снова, призывно сияя в ночи.

Лорд устал и перенервничал сегодня, однако его совсем не тянуло в постель. Наоборот, им овладела лихорадочная жажда действий. Романтик, тихо спавший в глубине его огненной магической души, неожиданно проснулся и позвал Кивали на подвиги.

Мужчина, привыкший контролировать свои чувства, во всем полагаясь на рациональность и логичность, почувствовал себя мальчишкой, снова безудержно гонявшим по ледяной воде, пугая громко кричащих недовольных чаек.

Кивали надел высокие черные сапоги, сняв удобные домашние туфли, и быстрым шагом вышел из кабинета. Спустившись по лестнице, он подошел к двери черного входа и коснулся небольшой пластины у левого верхнего угла. Пластина плавно скользнула в сторону, обнажая утопленный в глубине стены маленький рычажок. Лорд потянул за него медленно и аккуратно. И дверь, повинуясь нехитрому механизму, тихо щелкнув, отъехала в сторону.

Кивали Сияющий вышел в ночь. Сад, нелюбимый им сад, встретил мага тихими шорохами и слабым ветром, опять несущим запахи меда и знойного лета.

-- Тасся..-- прошептал маг. Он медленно шел по темным аллеям, вдыхая аромат, от которого у него замирало сердце.

Клерии, встречавшиеся на пути Кивали, спешно закрывали от греха подальше свои роскошные лепестки, становясь темными и невзрачными растениями. Однако стоило магу Огня отойти на значительное расстояние, как они раскрывались снова, светясь как белые яркие шары.