Ежка на грани

Знающий дед все ж оказался. И не тронет он ее, Змея побоится — успокоила себя Ежка.

Всю ночь Ежка то ли спала, то ли не спала, а Фрол свое дело делал. То Ежку с ног до головы мазями обмазывал, то травными водами омывал, то, изнова, другими мазями — да с ног до головы, ни единого местечка не пропуская...

И черт его знает, надо ль оно так, или просто рано Ежка решила, что дед безопасен. И все время заклинания бормотал, и то пел, то стонал по птичьи... И временами будто отвечал ему кто-то.

Всю ночь жаркий огонь грел ее ноги, а воздух двигался, и слышалось порою то дыханье чье-то дальнее, то шорох крыльев, а то и звуки будто, на стоны похожие.

Утром же, едва петух закончил свою песню, Фрол сказал: «Встань». Тихо-тихо сказал, но очень отчетливо.

Ежке страсть как захотелось повернуться на бок, свернуться калачиком, а в Фрола подушку запустить, как бывало в нянюшек, будивших ее, кидала, если не отстанут. Но тело Ежкино по-прежнему было ей не подвластно. Зато подвластно Флору. На тихий его приказ Ежкино тело неуклюже подобралось и, покачиваясь, встало.

— Подойди ко мне, — сказал Фрол.

И тело, все так же неуклюже, и близко не Ежкиной походкой, двинулось в сторону его голоса. И как бы Ежка не кричала ему мысленно сделать что-нибудь совершенно другое, например, схватить это мерзкого старикана за плечи и трясти его, пока все его мерзкие приказания из него не вытрясутся... как бы Ежка не умоляла мысленно собственное тело хотя бы остановиться, телу Ежкиному не было до того дела. Оно медленно добрело до места, где, видимо, стоял Фрол и остановилось.

— Красота-то какая, — вздохнул Фрол. — Однако ж, так тебя оставлять нельзя. А жаль.

Он прикоснулся к ее глазам, поднял ей веки. Ежка увидела морщинистые ладони, а потом и лицо Фрола. Мерзкий старикашка, как она себе и представляла. Но какое же это чудо, снова видеть! Однако зрачки ее, как и все прочее, по-прежнему Ежки не слушались. Кроме черной стены шатра, да лица Фрола в нижней части поля зрения, ничегошеньки Ежка не видела.

— Был бы Змей со мной по-ласковее, первым его бы, не меня, увидела, — пробурчал Фрол.

— Посмотри на меня! — приказал он, и Ежка посмотрела. Тут ее желание с приказом его совпало.

— Теперь ты — моя раба, кукеля. Делаешь то, что я скажу. И ничего более. Тебе самой так лучше будет. Как тебя зовут? Отвечай.