1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

Первое мое более-менее спокойное и не голодное утро.

С мысли сбил стук в дверь.

- Входите, - разрешила я и тут же радостно улыбнулась, приветствуя Марка. – Как вы себя чувствуете? - пошла я навстречу. По пути поставила уже почти пустую чашку на стол, и легко, без малейшего стеснения позволила себя обнять.

- Я волновался за тебя, - дыхнул он мне куда-то в висок.

- Я очень волновалась за вас, - фыркнула я, уткнувшись носом в его шею. 

Сердце метнулось куда-то, сбилось, вспомнив, что эта ночь могла закончиться его потерей, на глаза выступили слезы….

Я не хотела! Я старалась! Но….

- Эй, малыш… - сжав плечи, оторвал он меня от себя.

- Я не малыш, - на этот раз шмыгнула я, почувствовав себя не взрослой девушкой – ребенком, которому так хотелось вновь прижаться к этому сильному, крепкому мужчине, ставшему вдруг настолько родным, что я даже не представляла, как могла все это время жить без него.

- Малыш, - улыбаясь, щелкнул он меня по носу. – Кстати, - воскликнул он, убирая вторую руку с моего плеча, - завтра заканчивается срок пари.

- Не буду! – глядя на него исподлобья, вроде  как недовольно протянула я.

Ощущение заботы было щемящим, ранящим, но Марку удалось одной фразой заставить меня забыть все, что я уже испытала и пережить еще более острое чувство. Потери. Потери этих людей, которые уже завтра будут смотреть на меня иначе. Потери сопричастности с тем, что они делали. Потери чего-то, являющегося частью меня, что будоражило и наполняло ожиданием  новых приключений….

- Вот и правильно, - кивнул он, отошел к окну. – А где Бригитта?

- На охоте, - повернулась я.

Марк стоял боком. Вместо темно-зеленой ливреи, в которой встретил меня шесть дней назад, весьма элегантный костюм. Брюки заправлены в высокие сапоги, темная ткань камзола вычерчивала четкую линию спины, мягкая белизна воротника подчеркивала черноту коротких волос. 

- Вас повысили в должности? 

Он оглянулся, губы дернулись улыбкой:

- Герцог счел необходимым назначить меня своим советником.

- Достойная оценка ваших заслуг… - лукаво протянула я. – А как же молоко и булочки? Останусь совсем голодной.

- Я за этим прослежу, - церемонно склонил он голову.Выражение лица изменилось, словно предупреждая:  – Тереза отдала мне на хранение одну вещь. Просила сберечь и передать дочери, если с ней вдруг….

- Почему вам? – насторожилась я.