1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

– В карету, стоявшую у постоялого двора, садились двое. Высокий и статный мужчина, лицо которого было скрыто низко опущенным капюшоном и женщина. Служанка сказала, что у нее был глубокий, чарующий голос.

- Куда направилась карета? – подойдя к брату, склонился к нему де Риньи.

- В столицу, - довольно усмехнулся Агжей. – Мой человек успел подвесить маячок, но через какое-то время тот пропал. Скорее всего, сгорел, когда карета проезжала защитный контур.

- Я могу побеседовать с твоим человеком? – выпрямился де Риньи. Зыркнул в мою сторону….

Сделав вид, что меня их игры никоим образом не касаются, вновь взялась за вилку. Оставаться в очередной раз голодной я не собиралась.

- Он прибудет к полудню, - довольно улыбнулся Агжей. Поднялся, обошел весьма недовольного де Риньи и направился к двери. – А сейчас, с вашего позволения….

- К вечеру опять придется настойкой отпаивать? - недовольно буркнула я. Хорошо еще, успела прожевать, а то бы пришлось говорить с набитым ртом.

- Ты зря веселишься, – осклабился братишка.

- Я так и знал, что ты меня опять подставишь! – зло рыкнула я и отбросила вилку. – Граф де Ланье… - процедила, надеясь, что получилось достаточно экспрессивно.

Брата мое лицедейство только позабавило. Улыбка стала шире, зрачки пульсировали золотом. Однако, останавливаться на достигнутом, он не собирался, тут же нацелив на меня указательный палец:

- Кстати, твое подозрение насчет летающих подтвердилось. Отряд де Эренталя нашел их стоянку.

- Он у меня так уйдет… - неожиданно грозно рявкнул Алекс, продолжая смотреть на уже закрывшуюся дверь. Потом перевел взгляд на меня… - Ешь, давай! – неожиданно спокойно произнес он,  и, не менее довольно, чем брат, хмыкнул. – Потом поднимешься в библиотеку. Есть разговор.

И ушел. А я осталась, пытаясь понять, что творится в голове у мужчин, когда они ведут себя, как дети….

***

Я неторопливо доела жаркое, потом добралась до фаршированных блинчиков, на которые в присутствии Алекса и Агжея даже смотреть боялась и полакомилась ими. Потом, вместе с чашкой чая отошла к окну. Тому самому, через которое сбегала ночью.

Куст, росший прямо перед ним, был довольно раскидистым, не позволяя рассмотреть сад, но не мешал наслаждаться ощущением яркого, солнечного утра.