Дитя трёх стихий. Замуж за чудовище.

– Ну что вы, моя прекрасная фея… – это прозвучало издевательски, так как сейчас Алекса напоминала скорее фурию.

– Ну, во-первых, не ваша, – огрызнулась она.

– Всего-то полгода, – пожал плечами чамп. – Хотя я и не понимаю, зачем ваш отец отложил наш брак. В семнадцать лет даже в вашем королевстве допускается, – он сделал паузу, – в особых случаях.

Особые случаи, это он намекает на грехопадение юных девиц?

– Я не спешу, – моя сестрёнка наконец-то взяла себя в руки и вернула чампу издевательскую усмешку.

Фыркнул темноволосый, его явно забавлял этот разговор.

– Токела, твоя невеста очаровательна. Думаю, скучно вам вместе не будет, – я вздрогнула при звуке его голоса. Я ведь слышу его впервые? Или нет.

А он уже смотрит прямо на меня, и я замираю под взглядом его карих с янтарными искорками глаз. Только сейчас начинаю осознавать, за кого именно мне предстоит выйти замуж. Вот он этот чамп, не какой-то там мифический, а самый настоящий, реальный.

Наверное, я слишком долго на него смотрю в некой оторопи, потому что на его лице появляется самодовольная улыбка. А меня от злости бросает в жар. Сейчас он вообразит, что интересен мне.

– Меня зовут Роутег, – говорит он негромко, прежде чем я успеваю отвести взгляд и сделать вид, что всё это было случайно. Так, травинку в задумчивости разглядывала и не заметила его.

В его голосе мне опять почудилось что-то знакомое. Нет, невозможно. Не могла я его слышать раньше, просто похож на кого-то.

– Никогда не видел столько флао в одном месте, – продолжает он, и по моей спине бегут мурашки. – У нас их перья высоко ценят шаманы для своих церемоний. Поэтому поймать или убить флао для простого кочевника значит озолотиться.

Я просто задохнулась от возмущения. Всё смущение улетучилось ящеру под хвост.

– Надеюсь, приехавшие с вами шаманы не посмеют убивать наших птиц. В Хорнии они неприкосновенны.

– Что вы, принцесса, всего-то парочку ощипают, – невозмутимо ответил он и неожиданно расхохотался.

Попытка сохранить строгое лицо у меня сорвалась. Я почувствовала, как дрогнули уголки моих губ, и поспешно отвернулась, чтобы не показать, что у него получилось меня поддеть.

– Поехали, Лисса, – голос Алексы был напряжённым. Но она нашла в себе силы соблюсти этикет и выдавить: – Всего наилучшего, господа.