Дитя трёх стихий. Замуж за чудовище.

– Ты хочешь, чтобы они подумали, что мы их боимся? – сказала я, почти не разжимая губ и придав своему лицу самое равнодушное выражение, на которое только была способна.

– Тогда ненадолго, – Алекса взяла себя в руки, дала мысленную команду своему ящеру, и первая направилась к воде, но не туда, где стояли эти двое, а чуть наискосок. Я последовала за ней, старательно глядя мимо гостей.

Бесполезная попытка избежать общения. Боковым зрением я отметила, что эти двое направились наперерез и вздохнула. Неужели они совсем не чувствуют, что мы им не рады.

Но тем не менее я сочла нужным приглушить реакцию моей стихии.

Подойти слишком близко им не позволили гвардейцы, вот они наше настроение уловили моментально. Двое спешившись встали на пути чампов, а двое других немного отстали, стараясь не выпускать из вида охрану гостей.

Я заметила ехидную ухмылку на лице чёрно-рыжего, того, который первым хотел принять вызов Миры.

– Ваши высочества, – он ещё раз поклонился, а скорее изобразил поклон.

– Может вы скажете вашим цепным псам, что невежливо встревать в почти семейное общение?

Я почувствовала, как напряглись наши стражи.

– Ну ведь пока ещё «почти», – не выдержала Алекса. – И уж не более вежливо называть людей, которые служат нашей семье, цепными псами. – Она выделила слово «нашей».

– Не сердитесь, ваше высочество, но действия ваших охранников лишены разумности.

– Это почему же? – резко спросила я, но при этом сделала знак стражам отступить на шаг.

– Нас в любом случае здесь больше, – чамп обвёл рукой берег.

– И, если бы мы захотели причинить вред прекрасным хозяйкам этих мест, они бы нас не остановили, а скорее раззадорили.

Чамп сказал это без вызова, а скорее весело, осознавая свою силу. Я почувствовала правоту его слов. Всё, что я знала о чампах, подтверждалось. Им наплевать на чужие правила и законы. И в данный момент, этот пегий тип ставил нас с Алексой на место примерно так же, как час назад Вихо поставил Миру. Они вели себя как хозяева.

До чего мы докатились? Как могла Хорния так ослабеть, что сам король вынужден униженно выполнять требования этих ханговых дикарей?

Я стиснула зубы, чтобы не вырвалось что-нибудь уже совсем неподобающее для девушки моего статуса, хотя как хотелось впервые в жизни применить те слова, которые порой произносили гвардейцы, когда думали, что мы их не слышим.

– И тем не менее ваши слова похожи на угрозу, – сказала Алекса с плохо сдерживаемой яростью.