Твоя судьба за поворотом

«Я единственная дочь главы клана, ты обязан мне!». «Ты обязан». Каждый раз припечатывала Сэра.

Все это убивало любовь, если бы она была… Едва проклюнувшийся в начале росток чувств в его душе, был с безразличием раздавлен.

Глаза Ривая уже спустя неполный месяц с их знакомства перестали гореть ровным светом, все чаще они гасли и были прежнего темно-серого оттенка. И лишь по ночам он что-то чувствовал и его глаза снова освещались. Сэра пробуждала в нем только желания плоти, душой же он оставался холоден. И она не сразу , но поняла это.

Как же ее злило его невозмутимость. У них не было ни бурных скандалов, ни тем более страстного примирения. У Ривая было ощущение, что Сэру больше беспокоило не отсутствие конкретно его чувств, а то, что кто-то мог быть к ней равнодушен и не разделять ее интересов. Она настолько привыкла к восторгу по отношению к себе и к любым своим проявлениям, что безразличие для нее стало как гром среди ясного неба, который не приблизил ее к осознанию, но родил гнев в ее сердце.

Спустя пару месяцев шумного изматывающего постороннего присутствия в доме, что некогда был спокойным и уютным, Ривай попросил Сэру общаться с подругами в другом месте. Он не был груб, не повышал голоса и тем более не требовал и не запрещал. На что та отвечала: «Я будущая жена главы клана и должна налаживать контакты с народом!» , не желая принимать ни одно им сказанное слово. Ривай был настолько измотан и раздражен, что имел неосторожность насмешливо обронить: «Не этими ли пьяными сборищами?».

Знал бы он какая его ожидала тишина в течении последующих восьмидесяти лет… Может быть он и попытался бы переступить через себя, став таким как того требовала Сэра.

Но она грубо ломала Ривая, совершенно не интересуясь его чувствами, силясь вылепить из сформировавшейся личности то, что ей хотелось бы видеть, бесцеремонно желая вырвать то, что по ее мнению не соответствовало статусу, и упрямо вбить то, что казалось ей стоящим.

Сколько времени может вынести это живая душа и не сломаться или прогнуться под подобным гнетом? Не озлобиться, выплескивая в окружающий мир, сдерживаемые чувства? И сохранить в себе человеческие чувства и душевное равновесие?

Он был зависим от Сэры, от ее крови. Вкусив кровь женщины, отказаться от нее было слишком сложно.