Недостойная невеста

Больше всего она надеялась, что герцог де Виллар тоже окажется в экипаже, но тот тронулся верхом впереди кареты вместе со своим пажом. Удастся ли увидеть его утром? Перед тем, как они уедут навсегда?

Сундук Луизы приладили на запятках герцогского экипажа, там же устроился старый Пьер, который, к счастью, оказался не ранен, а просто сбит с ног и перепуган. Но было жаль девушку-служанку, которую мадам де Ларош-Гийон немилосердно прогнала к кучеру на козлы, несмотря на то, что в салоне вполне можно было отыскать место.

Экипаж тронулся, плавно закачался, почти без скрипа. Здесь пахло необыкновенными тонкими духами герцогини, и этот запах казался поистине райским. В салоне покачивались два масляных фонаря, и Луиза, сидящая рядом с отцом спиной к дороге, могла хорошо видеть напротив мадам де Ларош-Гийон, но опускала голову, боясь показаться бестактной. Но та цепко перехватывала каждый ее взгляд. И отчего-то становилось не по себе.

Отец, не желая казаться невежей, завел непринужденный разговор, но выходило плохо — он не привык к подобному обществу.

Мадам какое-то время лениво обмахивалась веером, пристально глядя на смущенную Луизу, сложила его и обратилась к отцу:

— Позвольте узнать, зачем вы направляетесь в обитель, барон?

Луиза краем глаза посмотрела на отца, и сердце кольнуло. Отказался он от своих намерений или нет? Отец медлил, и она решила опередить с ответом.

— Чтобы я стала послушницей у цистерцианок.

Мадам де Ларош-Гийон на мгновение недоуменно замерла, вдруг звонко рассмеялась, бесцеремонно шлепнув отца по колену веером:

— Право, барон, скажите же, что ваша очаровательная дочь большая шутница!

Луиза напряглась, ожидая ответа. Отцу было неловко, она это чувствовала.

— Это истинная правда, мадам. Таково решение моей дочери.

Значит, он не переменился, иначе бы опроверг…

Герцогиня серьезно посмотрела на Луизу:

— Вы так набожны, дитя мое?.

Она загадочно и многозначительно улыбнулась, и Луиза с ужасом поняла, что мадам все видела. То, как Виллар целовал ей руку. И с каким, должно быть, глупым видом Луиза смотрела на него. Пресвятая Дева! Какой же стыд!

Соврать она сочла недостойным:

— Нет, мадам. Таковы обстоятельства…

Герцогиня фыркнула:

— Я бы хотела узнать о них.