Сны куклы

Во что-то они одеты, это факт, не голыми же им ходить. Но вот удовольствия в посещении резиденции его величества нет ни малейшего. Знала бы ты, какой сволочной мужик сидит на Кленовом троне.

— Это всё потому, что кое-кому чувства работать мешают, — сладким голоском пропела Эни, — «Чувства мои, как волны бьются о об острые камни утёсов»…, — процитировала она классическое стихотворение из сборника поэзии и немедленно получила прицельный удар диванной подушкой, — всё, всё! Ухожу.

Второй вышитый снаряд ударился уже в закрытую дверь, вызвав лишь взрыв девичьего смеха из коридора.

Глава 6 БЛЮДО, ЧТО ПОДАЁТСЯ ХОЛОДНЫМ

Настало ещё одно хмурое утро. Хмурилось небо, не позволяя увидеть даже тонюсенькую полоску зари, хмурилась чародейка, потому что накануне насмешки подруги заставили задуматься, насколько мнимая помолвка изменила их отношения с четвёртым сыном Дубового клана. Рика не могла не признаться себе, что они необратимо становятся друзьями. Ненавязчивое внимание Вилохэда, его остроумные замечания, поддержка и спокойный характер сделали своё дело.

Рика быстро собралась и спустилась в гостиную, где тётушка Михо потчевала всех омлетом с тоненькими копчёными колбасками, коими особо славилась лавка мясника на их улице, и вчерашним рисом. К великому своему неудовольствию в числе «всех» чародейка обнаружила коррехидора, с отменным аппетитом уплетавшего омлет.

— Доброго утра, Рикочка, — проворковала сестра госпожи Призм, бросая умильные взгляды на Вила, — господин Окку буквально расцветил своим присутствием серый будничный день.

— Не стоит принижать себя, достопочтенная госпожа Дораку, — проговорил коррехидор, запивая омлет ароматным чаем (тётушка Михо хвасталась, что сама собирала горные цветы, чтобы придать чайным листьям нежную терпкость и элегантную горчинку осени), — ваша кухня просто отменна.

— Какой вы, право, баловник, господин Окку, — шутливо отмахнулась довольная женщина, — просто омлет, в который я добавила самую капельку любви.

— Может быть, мне тоже кто-нибудь положит порцию омлета с капелькой любви? – брюзгливо поинтересовалась чародейка, — а то за вашими взаимными любезностями я останусь голодной.