Сны куклы

На этих словах лицо его приобрело столь глумливое выражение, будто четвёртый сын Дубового клана пригласил её в Отель для свиданий.

Чародейка ожгла ненавистного Дураду взглядом и поинтересовалась, всё ли он сообщил ей, что собирался? Адъютант и личный секретарь коррехидора удержался, чтобы не поправить неправильное произнесение его фамилии, кивнул, повернулся на каблуках и удалился с гордым видом.

Рике не хотелось заставлять себя ждать, будто они и правда отправляются на свидание, она быстро собралась, надела меховую шапочку и поспешила выйти на улицу.

— Откуда ваш Дурада знает о нашей мнимой помолвке? – спросила она уже в машине.

— Видите ли, Эрика, — проговорил коррехидор в ответ, — Тимоти Турада обладает весьма тонким слухом. Я не удивлён, что кое-что из перепалки, которую вы вчера устроили в моём кабинете, дошло до его ушей. А выводы он сделал и сам.

От мысли, что она сама стала причиной сплетни, которая вот-вот начнёт гулять по Королевской службе дневной безопасности и ночного покоя, чародейке стало только обиднее.

— Я бы не советовал вам пытаться что-либо опровергать, — заметив её насупленную физиономию, сказал Вил, — сделаете только хуже. Гораздо выгоднее в глазах окружающих быть невестой Дубового клана, нежели любовницей графа Окку.

Рика собиралась было открыть рот, чтобы заявить, что не собирается приобретать ни первый, ни второй статусы, но удержалась. Вил не был виноват в сложившейся ситуации, поэтому и выплёскивать на него своё раздражение было незачем.

— Куда мы направляемся? – вместо этого спросила она, не сводя глаз с дороги.

— К господину Каслу домой.

— Там же Меллоун должен был всех опросить ещё в субботу, — возразила чародейка.

— Опросил, — подтвердил коррехидор, — ещё как опросил. То, что я вчера не слышал тех неприличных слов и пожеланий, которые непременно должен был отпускать Турада, когда читал всю эту галиматью, моё счастье. Меллоун проявил похвальное рвение, узнал много подробностей из жизни домочадцев убитого, вплоть до их дней рождений, перенесённых болезнях и сумме жалования.

— Совсем нет, — заверила Рика, вспомнив недовольное лицо короля и обожжённый труп владельца «Весёлого вечера».

— Вот и славно.