Сны куклы

— Проходите, — негромко проговорила высокая светловолосая девушка в нарядном дорогом платье, — я догадывалась, что вы придёте.

Она медленно побрела в квартиру, продолжая прижимать к груди игрушечную овечку из белого меха.

Рика огляделась вокруг. Квартира просторная, идеально убранная, но какая-то нежилая, словно кто-то скопировал все рекомендации из модных журналов разом: от развешивания на вешалке пальто по цвету от тёмного к светлому до сервированного завтрака на две персоны, не тронутого, но красиво поданных тарелочек со свежей сдобой и остывшим чаем в фарфоровых чайных чашках.

— Я понимала, что вы придёте, — повторила Эба, изящно опускаясь в кресло возле камина, — где-то в глубине души даже ждала этого. Хорошо, что вы успели.

— Успели что? – спросил коррехидор, присаживаясь на диван, а Рика продолжала стоять возле него, не вынимая из кармана руки с зажатым угольком.

— Успели пока я, — она запнулась, либо собираясь с мыслями, либо подбирая подходящие слова, — пока ещё можно поговорить со мной.

— Вы собирались покинуть Кленфилд?

— Я собираюсь исчезнуть, — совершенно спокойно сказала Эба.

— Вы одна дома? Где ваши товарищи? – Вил незаметно огляделся.

— Риччи в спальне. Вы должны посмотреть на него.

Рика положила свободную руку на плечо коррехидора и прошептала слово: «Западня».

— Нет, уважаемая госпожа чародейка, — на неё взглянули большие глаза такой чистой и нежной голубизны, какая бывает только у весеннего неба, — это не засада и не ловушка. Просто мой дорогой брат Риччи находится в спальне.

Эба встала. Она попыталась скрыть усилие, которое ей для этого потребовалось, но от чародейки не укрылись побелевшие костяшки пальцев, сжимавшей подлокотник руки.

— Прошу вас, вы просто обязаны это увидеть. И не бойтесь, я не причиню вам вреда, потому что не хочу делать этого, да и не могу уже.

В спальне на кровати с дорогим постельным бельём лежал манекен, обыкновенны деревянный манекен. У него не было лица, а пакля, изображавшая волосы, просто сползла с головы и упала на подушку неопрятной спутанной кучей.

— Это Риччи, — грустно произнесла Эба, — он был предпоследним. Осталась одна я.

— Не могли бы вы рассказать нам, что происходит? – попросил Вилохэд, чуть поддержав покачнувшуюся Эбу.

— Конец, — просто ответила она, — мы ведь – куклы, самые обыкновенные куклы.