Сны куклы

— С чего это ты уважаемых господ с проходимцами сравнивать удумал? – подошедшая женщина в накинутом прямо поверх платья тёплом платке стукнула мальчишку по затылку, — али не видишь, не отличаешь благородных людей от всех прочих?

— Бабуля, за что? – заканючил пацанёнок, — я ведь всё по твоему приказу сделал, не велела без тебя пускать, я и не пускаю, а ты сразу бить!

— Его правда, — вмешался Вил, — он досконально исполнил всё, что вы ему поручили. При этом был вежлив и строг.

— Простите, милорд, — поклонилась консьержка и внуку голову пригнула, его поклон показался ей недостаточно вежливым, — вы пришли к кому-то из наших жильцов?

Хотя сие было очевидным, Вилохэд чуть склонил голову в ответном поклоне и сказал:

— Мы хотели бы видеть госпожу Диккери.

— Конечно, проходите, пожалуйста. Проследуйте на второй этаж, поверните направо и дойдите до конца коридора. Дверь за номером 27 как раз её. Прекрасная девушка, доложу я вам: скромная, вежливая, спокойная. Именно такой должна быть настоящая артанка, не то, что современные вертихвостки, которые взялись во всём подражать женщинам с материка.

— Госпожа Диккери живёт одна, — как бы невзначай, словно для поддержания беседы, спросил Вил.

— Госпожа Диккери снимает трёхкомнатную квартиру вместе со своим братом, а ещё к ним приезжали родственники в гости. Вы не подумайте чего, все они люди хоть и молодые, но целиком и полностью положительные. Никаких пирушек, веселья и прочих непотребств, каких можно ожидать от современной молодёжи.

Коррехидор поблагодарил, и они пошли на второй этаж. Дом производил удивительно ухоженное впечатление: на площадке лестницы стояли комнатные цветы, политые и свежие; ковёр на ступеньках (чтобы жильцы не поскользнулись случайно) оказался потёртым, но безукоризненно вычищенным, окна в коридоре – чистыми.

— Приготовьтесь, — тихо проговорил Вил на подходе к двери за номером 27, — иногда преступники, загнанные в угол, нападают без предупреждения.

Чародейка серьёзно кивнула. Ещё в поезде она продумала быстрое огненное заклятие, а потом в коррехидории заключила его в уголёк из камина. Оставалось лишь разломить уголёк пальцами в кармане.

Вил постучал в дверь. Сначала было абсолютно тихо, потом раздались лёгкие, почти неслышные шаги, и щёлкнул замок.