Всадник для дракона

Голая стена без малейших признаков выхода.

Вот уж когда я удивилась и даже обернулась, чтобы удостовериться, что парень шутит. Но если дверь была на том же месте, что и минуту назад, то Риер выглядел серьезным. Это что же, получается, иллюзия? А зачем? Почему для меня здесь один вход, а для Риера, судя по всему, другой? Мне казалось, у лорда Эреноя только зеркала личные, а выходит, есть еще и двери?

– Сам-то ты как сюда попадаешь? – спросила я у Риера. Тот небрежно махнул рукой в дальний угол, где я с опозданием разглядела сливающуюся со стеной каменную арку.

– Через ТУС, разумеется. Координаты этого зала мне показал наставник. Но, учитывая, что с момента поступления я никого из наших не встретил, а ты здесь каким-то образом появилась, полагаю, всем нам расширили доступ?

– Вряд ли, – качнула головой я, напряженно размышляя. – Я тоже отыскала способ выходить из комнаты, но, как и ты, никого из наших в Школе за это время не заметила.

– Да? – внезапно оживился лорд.

– На второй день.

– Молодец. Я только к концу недели сообразил, что к чему. Где именно ты была?

– Да везде, где открылась карта. В библиотеке, тренировочном зале – но не в этом, а в том, что побольше. В лаборатории…

– Ого! – Риер как-то странно посмотрел на меня. – Значит, тебе позволили увидеть больше, чем мне: на моей карте тренировочного зала и лаборатории нет.

Я, изумившись до невозможности, едва не брякнула про Рэна, но вовремя прикусила язык. Лорд Эреной не велел делиться этими сведениями, но неужто Риер знает?

– Про какого дракона ты говоришь? – небрежно спросила я, внимательно следя, чтобы не сболтнуть лишнего.

– Того, что на крыше, – ощутимо напрягся Риер. – Ты своего отыскала, или же…

– Конечно, – с облегчением выдохнула я.

Риер, расслабившись, опустил плечи.

– Теплый. Наставник говорит, что для каждого из нас заранее по артефакту приготовили. Размеры приближены к реальным, окружающее статую ощущение покоя наведено искусственно, чтобы те из нас, кто настроен к драконам враждебно, приучались к мысли, что крылатые нам не враги.