Отбор по ошибке

— А ты откуда знаешь, что она беременна?

— Ее свинка разболтала по секрету, — захохотал Гринч, ловко увертываясь от воды, пригоршню которой я в него плеснула.

— Не может быть! Ты все это выдумал!

— А зачем мне это?

— Ну не знаю. Просто так, из вредности.

Поняв, что вода нисколько не помогает от боли, я встала и побрела между деревьями.

— Думаешь, мне больше делать нечего? — фыркнул Гринч.

— Ты не выглядишь сильно занятым.

— Ну так спроси у нее сама. Или у ее свинки. Хотя вряд ли она тебе ответит, ведь исключительно умные и сообразительные фамильяры большая редкость.

— И что же мне делать, сообразительный ты мой?

— Ищи камень. Знаки должны понять, что ты играешь по-честному.

— Да, честный обман, — пробормотала я, припомнив слова советника. А ведь он предупреждал, что знаки, почуяв обман, могут причинить боль, но я не поверила. Я поежилась. — И где искать этот дурацкий камень?

— А мне-то откуда знать.

— Ты же обязан мне помогать, разве не так?

— Ты же не думаешь, что я все буду делать за..

— Осторожнее! — закричала я, вот только мое предупреждение запоздало.

Увлекшийся разговором Гринч не заметил очередного дерева и со всей силы приложился макушкой о твердый ствол. Дракончик сполз вниз, в густую траву. Я подскочила к распластавшему крылья фамильяру.

— Гринч? Ты живой? — Я подняла дракончика на руки и приложила ухо к его маленькой груди.

Сначала я слышала только шум в собственных ушах, а потом различила редкие, мерные удары драконьего сердца. Жив! Просто без сознания. Подхватив дракончика на руки, я поднесла его к пруду и, опустив на траву, поплескала водой на драконью морду, однако это не принесло долгожданного результата.

— Ева... — Услышала я вдруг свое имя, произнесенное глубоким голосом, от которого по спине поползли мурашки.

Я обернулась и увидела вчерашнего незнакомца.

— Ты! — полуудивленно-полувозмущенно выпалила я, поднимаясь. Сердце отчаянно забилось. — Не подходи ближе! Или я натравлю на тебя своего дракона!

Незнакомец, не обращая внимания на мои слова, продолжал приближаться.

— Ты имеешь в виду вот этого дракончика? — насмешливо поинтересовался он, кивая в сторону раскинувшего крылья Гринча.

— Не смотри, что он лежит, будто мертвый и размером не вышел! На самом деле, он живее всех живых, просто ударился головой, а еще он очень агрессивный, да! Когда он придет в себя, я прикажу ему, и ты сам увидишь, на что он способен!

— И что же ты прикажешь ему, Ева? — сверкнул незнакомец улыбкой.