Пепел и Звон

— Мы сейчас все уберем, — произнесла феникс, думая, как лучше всего смахнуть осколки со стола. Нужно убрать все блюда, что оказались рядом с кувшином. Придется выкинуть еду. — Гатала, помоги мне.

— Еще чего! — воскликнула грифон, демонстративно сложила руки на груди и отвернула голову.

Дети Главы с пеленок жили в окружении слуг, при этом их никогда не отстраняли от всей работы. Огаст считал необходимым пунктом в воспитании труд. Поэтому тройня вполне могла о себе позаботиться при желании и поддержать порядок в доме собственными силами.

Ямито подошел к столу.

— Не трогай, — он перехватил руку Эйзалур, потянувшуюся за самыми крупными осколками. — Поранишься.

Феникс послушно отстранилась.

— А вы идите, — кинул на слугу недоброжелательный взгляд грифон.

Мужчина ему не ответил. Он отчего-то замер на месте и спросил полушепотом:

— Вы слышите?

— О чем вы? — Ямито начинал чувствовать раздражение.

Слуга вдруг резко разжал пальцы, ручка кувшина упала на пол и раскололась.

— Прекратите, — процедил сквозь зубы младший сын Главы. — Вас никто не убьет за такую оплошность.

Грифон его не слышал. Эйзалур встревоженно присмотрелась к слуге. Он не просто боялся, он весь наполнился ужасом, настолько осязаемым, что феникс сделала шаг назад. Как будто чужой страх мог добраться до нее.

— В чем дело? Эй! — вмешался Нэрм, подходя ближе.

Слуга дернулся и без всякого предупреждения ударил наследника обеими руками, отняв их от своей головы.

— Прочь, — процедил сквозь зубы слуга, — прочь от меня.

— Вы с ума сошли? — опешившим тоном спросил Нэрм.

— Его… нужно увести, — пробормотала Эйзалур, предчувствуя нечто дурное. Взгляд феникса отчетливо выхватил кроваво-красное из-за пролитого сока пятно на столе, его брызги на паркете… Горло сдавил спазм.

Нэрм и Ямито на слова девушки не обратили внимания, Огаст что-то кричал в коридоре, желая призвать к уборке работников особняка.

Слуга в мгновение ока рухнул на пол, весь скованный страшной судорогой. Из его горла вырвался протяжный сип, будто ему перебили горло. Нэрм и Ямито отпрыгнули от него, как от гадюки.

— О, нет, — жалобно всхлипнула Гатала и медленно сползла со стула прямо на пол.