Пепел и Звон

Точно прозвучало: «Зараза», отчего мистик усмехнулся. Как бы там ни было, а дочь Главы — единственная, кто скорее с интересом наблюдал за чудачествами человека, нежели воспринимала его в штыки. Гатала, то ли пользуясь моментом, то ли по привычке, схватилась за рукав Тэлкета, безмолвно прося его о поддержке. Молодой грифон тут же опустился на свое место и остался сидеть возле девушки.

— Если вам неважно, то почему избрали меня? — без особого желания спросила Эйзалур. Она чувствовала, что дает этим возможность мистику и дальше разворачивать свое представление.

— К вам я привык и, судя по тому, что вы уже острите мне в ответ, вы тоже ко мне привыкли. Не буду я приручать еще одного духа, времени много займет, — выдал тираду Асарт. Его забавляла реакция присутствующих.

— Ну, всё, — хлопнул ладонью по столу Нэрм, выходя из себя. — Не знаю, с чего вы взяли, что являетесь непревзойденным оратором, потому что благодаря вашим речам я собственноручно сейчас вышвырну вас за порог.

Ямито всем своим видом выразил готовность поддержать брата.

— Либо вы, — произнес он тихо, чтобы слышать его слова могла лишь феникс, — либо я потащу туда Гаталу.

Девушка тут же встревожилась и не смогла скрыть своей реакции. Мистик удовлетворенно улыбнулся. Все пройдет так, как выгодно ему.

— Нэрм, пожалуйста, не надо, — подняла руку феникс в просящем жесте. — Я пойду с ним.

— Эйзалур! — рванулся в ее сторону Ямито, мистик в ту же секунду немного переместил посох. Грифон остановился, напуганный этим легким движением и тем, что может за этим последовать.

— Все в порядке. — Ее взгляд буравил человек. Маг отвечал ей прямым взглядом. — Не съест же он меня…

Асарт не выказал никакой реакции.

— Ты, главное, сама держись, — неожиданно громко напомнила о себе Гатала, решив, что завтрак можно продолжать. Поэтому она отставила от себя тарелку с остывшей едой и подвинула себе чистую. — Не подпали его там. Хотя в Подземелье темно, мало ли какая случайность, — хохотнула грифон.

Асарт фыркнул, и его руки объял огонь.

— Сравнимся? — предложил он фениксу.

— Идите, — она нетерпеливо указала ему на выход.

Человек пожал плечами, погасил пламя и покинул зал. Вернулся спустя секунду: высунулся на полкорпуса из-за дверной створки.

— Платье очаровательно, а вот каблуки Подземелье вам не простит, — сказал и снова исчез.

Эйзалур несколько оторопело осмотрела свой наряд, а затем и туфли.