Пепел и Звон

Духи, недавно погруженные в тяжкие думы и горести, теперь выглядели взбудораженными и ошеломленными. Асарт отозвал шакалов и, взвалив посох на плечо, приблизился к месту, откуда на поверхность прорвалась кара. Никаких следов. Пламя не нанесло ей вреда и не разрушило ее невидимости.

Каратель не просто дрянь, он еще и монстр в магии, раз столько энергии вложил.

Отвратительно.

— Человек! Сегодняшний день не предназначен для твоих представлений!

Как и при первом знакомстве, Нэрм сунулся вперед всех, растолкав сородичей.

Асарт оттолкнул парня со своей дороги. Сильно, грубо.Сын Главы еле на ногах удержался. В светлых глазах грифона отразилась злоба. Маг это проигнорировал. Огаст, отставший ото всех, стремительно приближался. Глава так и не завершил Дань памяти для Кьялги, что выводило его из себя.

— Что случилось?! — его рык перекрыл шум остальных голосов.

— Я сразился с карой, Глава, — произнес Асарт, подступив к духу очень близко. Мистик взирал на Огаста с подавляющей строгостью, — и у меня для вас плохие вести.

Грифон первые две секунды смотрел на человека ничего непонимающим взглядом, а после начал стремительно бледнеть. Он заметил, что поляна за спиной мистика выглядит как поле боя. Это не походило на какой-то ритуал. Выходит, что всего несколько секунд назад кара явила себя здесь. Та самая кара, что отобрала жизнь у его сестры, что притаилась где-то на территории.

— Нэрм, уведи всех и закончи церемонию, — срывающимся голосом крикнул Глава, борясь с внутренней паникой. Сородичи не должны стать свидетелями его состояния.

— Отец, но… — метнулся к нему сын.

— Бесполезный мальчишка! — прорычал Огаст и оттолкнул старшего сына в сторону, не желая с ним препираться. Голову грифона заполняла туча мыслей, одна мрачнее другой. — Тэлкет!

Из толпы показалась вихрастая голова.

— Тэлкет, пожалуйста, — обратился Глава к молодому грифону.

Тот в ответ всего лишь кивнул. Спустя секунду произошли разительные перемены: толпа стала становиться тише, перестала толкаться и пытаться лезть вперед, все вспомнили, отчего собрались вместе и что последняя церемония грубейшим образом нарушена. Тихая спокойная речь Тэлкета привела всех в порядок, и грифоны потекли тонкой струйкой в обратную сторону.