Девушка с наузой

Женщина, хозяйка дома, с ужасом слушала странный разговор — для неё это был прерывистый монолог Станислава, потому что голосов призрачных фигурок она, естественно, не слышала. А потом оцепенела, опустив глаза на обломки кирпичей, которые ей были видны — и теперь таяли, впитываясь в ковёр. Таяли даже для неё, обладающей лишь обычным зрением.

Дед буднично сказал:

— Осталось только запечатать ваш дом, чтобы всякая... — он споткнулся на полуслове, и Алёне показалось, что её обычно деликатный дедушка чуть не сказал слово «хрень».

— Сюда не лезла...

Запечатывали квартиру Егор и Алиса, пока Виталий Олегович и Станислав с Алёной дожидались их, спустившись вниз и выйдя из подъезда.

— Что-то я не совсем понял, — угрюмо сказал Станислав. — Вы сказали, что Буку-Букачку натравили именно на меня. А тут выясняется, что на меня всего лишь сделали... порчу навели опять-таки?

— Вольтирование. С куклой, скорее всего, — размышляя, откликнулся дед.

— И, скорее всего, в гроб положили скрутку, где есть парочка материалов от тебя самого. Волос, тряпки от одежды... Нет, с Букой-Букачкой всё правильно. Если б ты не поторопился с марухами, и они бы на тебя кинулись. Теперь все дела, в которых ты будешь принимать участие, для тебя станут... смертельными.

— Это... как?

— Любая навья тварь теперь знает, что, с точки зрения Нави, ты мёртв. И будет тебя «возвращать» именно что в Навь.

— Но почему раньше такого не было?!

— Откуда мне знать, что не было? — философски пожал плечами дед.

— Может, что и было, да только по мелочи?

Станислав уставился в землю — наверное, пытаясь что-то вспомнить.

— Двоедушники, — негромко подсказала Алёна. — Бука-Букачка и марухи — это три дела, о которых мы с дедом знаем. А что было до сих пор?

— Когда всё началось, что все навьи твари полезли именно к тебе? — помедлив, спросил дед.

Станислав поднял голову — взглянуть на небо. Дёрнулся, словно хотел пожать плечами.

— Если быть точным... — начал он и замолчал, явно озадаченный. — По-моему... с момента, как умер дедушка. Его смерть и вольтирование на меня — могут быть связанными, Виталий Олегович?

— Легко, — вздохнул дед. — Дед всё же вас любил — родных внуков-то. Пусть по-своему, но любил. Защиту он вам мощнейшую сделал, но связал её с собственной силой. А потому — умер он, защита начала с вас с братом слетать.