Девушка с наузой

— Огляделась, пока поднималась к своему этажу, и решила: — Ему самому скоро всё это надоест. Может, сам поймёт, что целовать меня — всё равно, что целовать эти стены».

Она представила, как Станислав целует подъездную стену — холодную, крашенную неуютной синей краской. И поморщилась. Фу-у...

На коврике возле двери в квартиру сидел Котей. При виде девушки он встал и потянулся, широко зевая. И внезапно, когда Алёна уже подошла к нему, резко отпрянул в сторону, слишком очевидно шипя на неё, как на чужую.

Удивлённая, девушка открыла дверь — Котей молнией влетел в квартиру. Полное впечатление, что обежал он Алёну по кругу, лишь бы быть подальше от неё.

Услышав звяканье ключа, в прихожую поспешила бабуля. Только было бросилась к внучке помочь снять плащ (явно заскучала в одиночестве), как вдруг попятилась от неё.

— Ты чего, бабуль? — удивилась Алёна, стряхивая плащ с плеч и вешая его на место.

— Нет, внуча, — строго сказала бабуля, — это ты мне скажи, что с собой сделала. Я, значит, к тебе с радостью, а ты.

.. Как чужая, да? Дед знает?

— Знает, — сказала девушка.

Бабуля сгорбилась и ушла в гостиную. Даже не сказала, как обычно, что ужин на столе. Алёна пожала плечами и, разувшись, устремилась в свою комнату. Поставила пакет с тесьмой на стол, рядом с компьютером, и переоделась в домашнее, перенеся наузу «снежной бабы» с джемпера на футболку.

Странно. Чем дальше, тем как-то больше чувствовала себя пустой.

На бабулю не злилась. Бабуля умная. Потом, когда всё узнает, поймёт.

Прежде чем идти на кухню, взяла пакет и собралась вывалить его содержимое на кровать, чтобы ещё раз полюбоваться нечаянно свалившимся на неё богатством. Взялась за ручки пакета, донесла его до кровати — и замерла. «Куда торопиться? — подумалось. — Завтра посмотрю. При дневном свете». И отнесла тесьму во встроенный одёжный шкаф, запихала в нижний ящик.

На кухне нашла ужин. Есть не очень-то хотелось, несмотря на то что после работы так никуда и не забежала.

Но вспомнила, что бабуля очень старалась с готовкой к её приходу, и съела всё. Правда, ужин показался каким-то несолёным, что ли, пресным ли... Вымыв посуду, вернулась в комнату, собираясь плести добавочные наузы «снежной бабы». Вот только... тесьму в руки брать не захотелось.

Постояла посреди комнаты и села перед столом с невключенным компьютером, бессмысленно глядя на его пустой экран. И сидела неподвижно — до времени, когда в комнату вошёл дед.