Оборотный Петербург 2. Счастье для вампира

– Не думаю, что могут быть должны так много, – вздохнула она.

– Не все можно измерить деньгами. Иногда пять минут опоздания стоят куда больше, чем все состояние человека.

Мужчина опустился на скамейку на некотором расстоянии от девушки и принялся изучать свои кроссовки.

– Извини, я не хотела…

– Не бери в голову, – он поднял голову и снова посмотрел на нее, на этот раз как-то весело и хитро. – Ты ни в чем не виновата. Глупо обвинять девчонку двадцати лет в том, что она старается выжить назло всему миру. А вот тех, кто устроил вам вторую смену, надо сажать, причем лет на двадцать как минимум.

А лучше пожизненно. Неизвестно, сколько человек скончалось из-за их жажды обогащения.

– Погоди, они что, не настоящие лекарства делали?

– Мел, крахмал, аскорбинка, может мука. Эксперты уже работают, – Антон выдохнул. – Подлинного только бутылочки да коробочки. Остальное – пустышка. Ладно, если человек покупал витамины – ни вреда, ни пользы. А если старики на последние деньги препараты сердечные?

– Сволочи, – выдохнула Таня.

– Я даже не думала…

– Забудь, – Мужчина придвинулся ближе и положил руку на плечо девушки. – Сейчас тебя подлатают достаточно, чтобы ты могла бумажки в офисе перекладывать да пасьянс раскладывать. Кофе я клиенту и сам налить смогу, не развалюсь. Потом будешь уже сама таблетки пить да на обследования являться. В общем, Игорь лучше меня тебе все расскажет и распишет. А Нина еще и регулярно звонить будет, напоминать да контролировать.

Девушка рассмеялась. Да уж, старшая сестра так просто забыть о лечении не даст.

А уж как она вылавливала жаждущих выпить в укромном уголке больничного парка, и вовсе объяснению не поддается. Собственно, едва девушка об этом подумала, как увидела Нину Васильевну, ведущую под руку одного из пациентов. Следом шло еще два парня. Судя по виду всей троицы, застали их отнюдь не с пакетом сока в руках.

Заметив Татьяну, старшая сестра махнула ей, чтобы заканчивала прогулку.

– Пора, – вздохнула девушка. – Сейчас придут дальше дырявить.

– Не дырявить, а лечить, – поправил ее Антон.

– Угу, – покачала она головой, потом закатала рукава. – Мне потом с выпиской две недели ходить, мало ли доблестные стражи правопорядка прицепятся. Во мне дырок уже много, заживают они плохо, синяки и того хуже.

– Думаю, эту проблему решить легко, – сыщик достал телефон и выбрал какой-то номер. – Синицын, снова я беспокою. Можно у вас девочке одной справку сделать, что она не нарик, а дырки после больницы.