Зеркала. Темная сторона

Я закрыла глаза, потому что не хотела видеть, как дрожат его руки.

Это было самое страшное, что я видела в своей жизни, после того, как менялось выражение лица Кондора во время монолога Хёльды.

И после оскала твари, которая бежала за мной в снежном мареве, конечно.

— Но ты же сам ей не верил, — сказала я.

— Теперь поверил, — огрызнулся он. — Есть разница между обычной видящей и пророком. Герхард, она спит. И пусть спит.

Шаги звучали суетливо, голоса — тревожно. Мне положили ладонь на плечо и, когда я не отреагировала, бесцеремонно потянули за руки, вынуждая встать с кресла, на котором я пригрелась, пока пыталась прийти в себя.

— Я сейчас, — шепнула я.

Около левого виска остро, коротко кольнуло болью.

— Пойдем, милая.

Пришлось вставать и идти.

Зимний свет почему-то казался мне слишком ярким, почти болезненным, и я щурилась.

Хёльду оставили в кресле, расстегнув ворот платья и манжеты, и накрыли пледом. Сейчас она казалась даже не усталой, а странно умиротворенной, словно бы там, во сне она видела что-то хорошее, а не тьму, о которой говорила нам.

Кондор вытолкнул меня из гостиной в соседнюю маленькую, проходную комнату.

— Вы знали, что она — пророк, Герхард? — спросил он у господина Оденберга.

От меня не ускользнуло, как удивился Ренар, как он открыл было рот, чтобы сказать что-то, но, заметив выражение лица Кондора, все же не стал ничего говорить.

Герхард казался смущенным и встревоженным.

— Я догадывался, что она сильнее, чем кажется, — ответил он. — Но она никогда не проявляла.

.. кхм... таких способностей. Я думаю, нам лучше поговорить у меня в кабинете, милорд, наедине.

Кондор сжал мою руку так, что я чуть не вскрикнула от боли.

— Я не думаю, что сейчас уместны долгие разговоры, Мастер Оденберг, — прохладно, но вежливо сказал он. — У меня, как и у вас, есть определенные обязательства, которые я привык выполнять. Я бы хотел вернуться к ним как можно скорее.

— А я бы все-таки хотел с вами поговорить, — в тон Кондору ответил Герхард, рассматривая меня.

Я стала вдруг очень, очень ему интересна, и в этом интересе мне виделся какой-то странный расчет. — О разделении обязанностей, к примеру. Несмотря на то, что юноша не имеет к леди Лидделл никаких… претензий, я вижу свою обязанность, — он подчеркнул это слово. — В том, чтобы сообщить представителям Ковена в Старом Бергштадте о новоявленной ведьме, замеченной в окрестностях Йарны и, предположительно, опасно не владеющей собственными силами.