Зеркала. Темная сторона

— Ах, это вы, господин…

Она была маленькой и все еще очень худой, словно в доме, где она выросла, ее плохо кормили, и это было уже не исправить. Длинные золотистые волосы прятались под темным чепцом, и потому лицо Ивы казалось еще более детским.

— Ага, всего лишь я. — Ренар улыбнулся в ответ. — А ты ожидала клыкастое чудовище?

Она смутилась и поплотнее запахнула на груди теплую шаль.

А потом подошла ближе и тоже села напротив очага, покосившись на металлическую решетку, на которой стояла сковородка с будущим обедом Ренара и медный чайник.

Чтобы поставить эту решетку в очаг, нужно было дождаться, когда дрова превратятся в угли. А дрова тем временем горели очень, очень лениво.

Ива это отлично знала.

Фэйри не умеют готовить. Человеческая еда в их руках превращается в нечто странное — и не всегда безопасное. Дело редко было в злом умысле, куда чаще — в фейском представлении о природе еды. Поэтому в замке имелась Ива. И еще одна, вторая девушка — Линд, чуть менее застенчивая, чуть более колючая, со злыми темными глазами.

Ренар старался не задумываться о том, было это жестокостью со стороны Сильвии или проявлением своеобразного милосердия: обе девушки шли в город, где их ждала не самая приятная судьба, но…

— Составишь мне компанию, Ива? — мягко спросил Ренар.

Она посмотрела на него исподлобья почти испуганно и скромно отвела взгляд.

— С большим удовольствием, господин, — тихо сказала Ива.

Он поморщился и напомнил ей, что называть его господином не стоит, и они оба уставились в огонь. Тот, наконец, разгорелся бойчее.

Когда в очаге остались лишь тлеющие угли, когда содержимое сковородки — три крупные форели с припасенными с осени овощами — были уничтожены, а чай с травами выпит, Ренар потянулся к трубке, оставшейся в кармане сюртука.

И к самому сюртуку.

Потому что что-то действительно было не так.

— Тебе не кажется, что стало холоднее? — спросил он растерянно, сжав ткань в руке.

Ива так же рассеянно кивнула.

— Не кажется, — ответила она. — Так и есть. Госпожа Сильвия сказала, что…

Она не успела договорить: темнота в том углу за очагом, куда свет от огня никогда не попадал, сгустилась, став плотной и живой.

Хогаро объявился.