Зеркала. Темная сторона

А потом они нашли то, что осталось от Хёльды, и господину Кайрену это действительно не понравилось.

Кровь на снегу (2)

Леди Франческа определенно была дамой самых благородных порывов и убеждений.

С кровью и происхождением ей повезло чуть меньше. Именно это, как я поняла, явилось причиной всех ее злоключений, которые госпожа Бланка, автор книги, превратила в душещипательный и невероятно нудный рассказ на почти тысячу страниц.

Леди Франческу, невольно ставшую обладательницей волшебного кольца, принадлежащего могучему Королю Гоблинов, похищали, спасали, прятали, находили, запирали в башнях и везли через лес, потому что и она, и это несчастное кольцо были нужны всем и сразу, а особенно — таинственному чародею, который возжелал стать величайшим из всех существующих магов.

Несмотря на голод и тревоги, я заснула на сотой странице этого бреда, как раз там, где на карету, в которой леди Франческа и сопровождающая ее вдовствующая графиня пытались спастись из объятого огнем города, в лесу напали совсем не благородные разбойники.

Меня разбудил стук в дверь.

Я не сразу проснулась и, конечно, не сразу вспомнила, что вообще ее закрывала, поэтому пришлось, зевая, шлепать через всю гостиную.

Кровавый символ на зеркале не исчез и выглядел жутко. Даже еще более жутко, чем когда он еще не высох.

Значит, мне не приснилось.

Что-то щелкнуло, заскрипело, и двери открылись прежде, чем я успела подойти к ним.

Сильвия, прямая, как всегда, с вытянувшимися и заострившимися чертами лица, с тьмой, заполняющей глаза, продемонстрировала мне ключ, висевший у нее на шее на длинной тонкой цепочке, и снисходительно улыбнулась.

Я вспомнила, что Кондор обещал вернуться нескоро, и мне стало страшно.

Сильвия вплыла в гостиную, а вслед за ней, двигаясь, как в трансе или полусне, прошла Линд, поставила поднос на стол и все так же, не замечая ничего, ушла в коридор.

— Вам не стоит так бояться меня, миледи, — сказала Сильвия и чуть наклонила голову.

Голова, увенчанная рожками, повернулась в сторону зеркала, и глаза стали еще темнее.

— Наглец, — сказала фэйри.

Ей точно не понравилось то, что сделал Кондор, но она признавала за ним право на это и почти не злилась.

— Он сказал, что это защита, — ответила я.