Зеркала. Темная сторона

Точно так же у него была возможность бессовестно манипулировать мною, но вместо этого он все-таки тратил время на объяснения и возню с тем, кто в этом мире еще более беспомощен, чем маленький ребенок.

Именно поэтому я выдохнула, прикрыв глаза, и осторожно сжала его пальцы.

— Я согласна еще раз попробовать все заново, — сказала я. — Но при одном условии.

— Я тебя внимательно слушаю.

— Вы, господин Юлиан дель Эйве, расскажете мне все, что я могу рано или поздно о себе узнать, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал, и повернула голову в его сторону.

— Прямо-таки все? — скептично спросил он.

Но улыбнулся.

— Абсолютно.

— Я попробую.

— Ты не попробуешь. — Я нахально ткнула его пальцем в грудь. — Ты расскажешь. Можешь начинать прямо сейчас, я...

Я хотела сказать, что готова его внимательно слушать до самого обеда, но не успела.

Та самая дверь, которая вела в неизвестное мне помещение, открылась, пропуская старшего дель Эйве. Парсиваль расплылся в улыбке, когда я попыталась выдернуть свою руку из цепкой хватки Кондора, а тот меня не отпустил, более того — переплел наши пальцы, то ли пытаясь меня ободрить и поддержать, то ли намеренно смущая еще больше, чем я смущалась под взглядом его отца — добродушным, но словно бы видящим меня насквозь.

— Очень рад видеть вас здесь, — сказал Парсиваль, закрывая дверь. Как ни странно, верхней одежды на нем не было, а вот трость, которую я видела в кабинете, он взял с собой. — Как леди Лидделл пережила знакомство с остальными обитателями этого дома?

— Мы как раз готовились идти искать Присциллу.

— Кондор поднялся и потянул меня за собой. — По слухам, она с утра что-то пытается найти в библиотеке, — сказал он отцу с неким оттенком укора в голосе. — Я прямо-таки теряюсь в догадках, что именно и зачем.

***

Как бы тщательно мы ни готовились к неизбежному, оно поджидало нас, чтобы сбить с ног в самый неподходящий момент.

Неизбежное явилось, приняв облик высокой худой женщины в простом синем платье, которую мы обнаружили в той самой гостиной, где я познакомилась с леди Тересией.

Она тоже была здесь, еще более растерянная, чем в тот момент, когда мы ее оставили, и стоило нам всем троим спуститься с лестницы и появиться в проеме арки, как взгляд Тересии стал виноватым и нервным. Как будто бедная женщина готовилась оказаться в эпицентре бури.

То, что в кресле у камина сидела Присцилла, я поняла сразу же, и даже если бы я знала, что в доме есть еще одна леди, кроме нее и Тересии, ошибки быть не могло.