Зеркала. Темная сторона

— Кондор, щурясь, смотрел вдаль, видимо, пытаясь выбрать, на которую из трех узких улочек нам сейчас свернуть. — Не очень люблю такие громкие фразы, но моя семья, видишь ли, обладает определенным статусом, который не позволяет ей держаться в стороне от... назовем это управлением. — Он кивнул в сторону улицы, уходившей влево, а потом резко поворачивающей куда-то вбок. — Мой дядя, он... скажем так, он младше моего отца, но его родовая ветка выше нашей. В общем, он в Ковене. И я не могу сказать, что получаю большое удовольствие от нашего с ним общения.

Даже если оно происходит не на официальном уровне.

— И вчера... — попыталась я.

— Нет, к счастью, мы с лордом Гилбертом дель Эйве видимся крайне редко. Я надеюсь, что вам с ним тоже не придется встретиться. Он... — Кондор на минуту замолчал. — Не такой, как мой отец.

— У тебя классный отец, — вдруг вырвалось у меня.

Кондор резко повернул голову в мою сторону, посмотрел с легким недоумением, но суть, кажется, уловил.

— У него есть свои недостатки, но мне сложно найти, в чем его упрекнуть.

Ты ему понравилась, и значит, я в тебе не ошибся. Мой отец — прекрасный маг. И человек тоже неплохой.

Мы вышли на перекресток, посреди которого сквозь слой снега угадывались очертания розы ветров, выложенной из камней разных оттенков. Домики вокруг стали выше и изящнее, очаровательно-старинными, со стенами и перилами, увитыми сухой лозой, и такими разными дверьми, словно бы каждый житель стремился перещеголять соседа. Люди, появившиеся в поле моего зрения, не сильно обращали на нас внимание, даже несмотря на то, что я стояла с задранной головой и приоткрытым от восторга ртом.

— Гилберт — тоже прекрасный маг, — продолжил Кондор. Он стоял рядом со мной, засунув руки в карманы и наблюдая за миром вокруг и за тем, как меняется выражение моего лица. — Но карьера, порядок и респектабельность для него стоят выше всего прочего. Мне кажется, он часто забывает, что чародеем его делает магия, а не то место, которое он занял в обществе.

— Кондор осторожно потянул меня за рукав, кивнув в сторону арки между двумя домами, за которой виднелась уходящая чуть вверх, на холм, узкая улица. — Не мне его судить. По крайней мере, не сейчас. Тебе не холодно?

Я отрицательно повертела головой.

Было, конечно, прохладно, но я слишком увлеклась разговором и созерцанием, чтобы придавать этому большое значение. Только сунула замерзшие руки в карманы, пусть с точки зрения этикета это было не очень прилично.