Академия хаоса. Лабиринт стихий

Это была серьезная заявка, если учесть, что Беата Флоран может съесть живую мышь, не моргнув при этом и глазом. — Вы хотите, чтобы Арнеллу отчислили. Но ведь она так талантлива! Неужели вам не хочется раскрыть ее потенциал?

Отчего-то мелькнула мысль, что уж он бы раскрыл ее полностью. Было бы куда приятнее, если бы магия огня текла в теле Арнеллы Алетт. Таком стройном, нежном, с красивыми круглыми грудками, длинными ногами и теплой кожей… Но нет, ему досталась Миранда Корвена. Которая тоже хороша, но от нее лишь мороз по коже.

— Поймите, моя Арнелла не создана для всего этого, — Кармелла вынула из сумочки платочек, взмахнула им в сторону окна, где на горизонте траурной каемкой тянулась Стена. — Она такая милая, домашняя девочка, — платочек прижался к абсолютно сухим глазам. — Пусть выйдет замуж, родит детей, живет в спокойствии и мире, обожаемая мужем…

— А она обожает этого самого мужа? — спросил он.

— Любовь как цветок, в руках умелого садовника расцветет, — отрезала она.

— И кто садовник? — поинтересовался Родерик, чувствуя непонятное раздражение.

— О, весьма солидный господин, успешный человек, запечатанный маг. Он будет носить Арнеллу на руках. Это уже решенный вопрос, — она суетливо вынула из сумочки бумагу и протянула Родерику. Императорскую печать он узнал сразу. — Согласие на брак.

— Вот как, — вздохнул он, не спеша брать письмо. Его содержание и так известно. Сам взял императорское одобрение на брак с Мирандой. Только пока не давал ему ход.

— Так выгоните ее! — вспыхнула злостью Кармелла. — Что вам стоит не поставить зачет? Завалить на экзамене? Не принять какие-нибудь контрольные, я не знаю…

— Однако сессия уже закончилась, и Арнелла справилась с ней блестяще.

Зачет, который она сдала ему лично, он никогда не забудет.

Кармелла посопела и аккуратно положила бумагу назад в сумочку.

— Что ж, — протянула она.

— Вы этого боитесь? — быстро спросил он. — Вы знаете, какая у нее наследственность? Откуда в ней хаос, Кармелла?

— Ничего я не знаю, — ответила она, легкомысленно улыбаясь, и для пущей убедительности похлопала подкрашенными ресницами. Играть дурочку у нее не получалось — слишком много стали во взгляде. — Но посудите сами: после Лабиринта запечатывание проходит куда сложнее.