Лики миров

Только бы крылья быстрее затянулись...

Стоит ли удивляться, что сон не принес долгожданного отдыха?

Следующие пару дней я маялась и не находила себе места, изводила себя вопросами, но ни одной стоящей идеи так и не пришло в мою глупую голову. Друзья и коллеги посматривали на меня кто с осуждением, кто с сочувствием. И то, и другое сносить было одинакового тяжко. И я окончательно приросла к Миру: приходила к нему в каюту, есть садилась за его столик, там мы и торчали, как два изгоя. Ладно, с последним я немного погорячилась: меня изгоем никто не считал, я сама себя к ним причислила, да и на симпатичного блондина девчонки поглядывали с интересом.

Разговаривали мы о чем угодно – о моей учебе, о его работе, о путешествиях и местах, где пришлось побывать – только не о том, что волновало нас обоих больше всего. Лика я за эти дни видела всего пару раз, и то мельком. Он был снова привычно строг, и меня показательно не замечал.

Наступил тот самый «третий день», вечером которого нас с Миром должны были высадить на космической станции. С самого утра «чемоданное настроение» висело в воздухе, и я ходила по кораблю унылой амебой, размышляя, что мне сказать на прощание Лику, да и стоит ли.. После завтрака я потащилась за нашим «зайцем» в его каюту, если не поговорить, то хотя бы помолчать вдвоем.

«Просьба всем пассажирам разойтись по своим каютам и пристегнуть ремни безопасности. Через пять минут наш корабль осуществит перемещение по пространственному тоннелю» – раздался сигнал оповещения.

Глава 20

Вот черт, еще и скачок, про него я совсем забыла. Мы уже совершали один такой – дня через два после старта с «Земли-5» – и запомнился он мне весьма тоскливыми ощущениями. По времени процесс перехода занимал всего ничего, но мутило после него дольше, чем после взлета.

– Можно я у тебя перекантуюсь? – спросила я.

Бежать к своей каюте не хотелось. Да и во временном обиталище нейропсихолога имелась вторая койка, никем пока не обжитая.

– Как хочешь, – пожал он плечами, – мне не жалко.

К моему обществу он относился вполне благожелательно. Думаю, ему самому легче было терпеть присутствие «назойливой» меня, чем оставаться надолго наедине со своими мыслями и совестью.

– А что, если я тут затаюсь и полечу дальше нелегально? – высказала мысли вслух, привычно застегивая похожие на двойную шлейку ремни.

– Очень сомневаюсь, что тебе это удастся.