Ангел, шельма и одноглазый кот 3

- А тебе вообще задавали такой вопрос? – Сократ был прав. У меня много чего хотели узнать. Сатус так вообще болезненно зациклился на одной конкретной теме. Но никто не спрашивал у меня ничего настолько простого и одновременно настолько личного. - Кто-нибудь когда-нибудь интересовался, как ты себя чувствуешь?

- Кажется... кажется, нет.

- Так вот, Мира, - кот выпрямился и взглянул на меня с усталой мудростью, - на такие вопросы надо отвечать честно.

Задумалась.

- Я думаю, что мне плохо, - плечи ссутулились, накатило ощущение, словно моя личность раскраивается на куски.

- Но это не важно. Потому что есть кое-что намного более важное, чем я.

- Это что же? – неодобряюще хмыкнул кот. – Сатус твой, что ли?

- Он не мой, - мгновенно отреагировала я. – И никогда моим не будет.

- Потому что ты не хочешь или думаешь, что на самом деле не хочет он?

- Потому что…, - я отвернулась, - у меня ощущение, что все ненастоящее. Ты ненастоящий, я – ненастоящая, и все, что мы видим – подделка.

Мы все играем кем-то другим прописанные для нас роли, но стоит лишь на миг попытаться стать самим собой, попытаться не быть персонажем – и следует наказание.

Я впервые за все время смогла сформулировать то, что чувствовала, не только для того, чтобы объяснить Сократу, но и чтобы объяснить самой себе.

Я чувствовала себя выдуманной. Чувствовала выдуманным мир вокруг и тех, кто были в нем, как если бы… все было просто большой аферой. Сатус… Я не знала, видела ли я его настоящего.

И видел ли он настоящую меня. И, что казалось еще более важным, существовало ли вообще что-то настоящее.

- Ненастоящий? Думаешь, я - нарисованный, что ли? – попытался пошутить Сократ, но получилось паршиво.

- Не знаю, - мне было очень грустно. – Но я как будто чужая сама себе. Я больше не знаю, кто я. И не знаю, кем должна быть. Я знаю только одно – я не могу быть с ним. Но… я хочу, чтобы он победил.

- Кого? Луана?

Ответ всплыл на поверхности внезапно прояснившегося сознании так, словно только и ждал, когда же буря пройдет, вода успокоится, а муть осядет.

И я замечу то, что было неочевидно раньше.

- Всех. Всех, кого понадобится.

- Святые ежики, - завздыхал Сократ, понурив голову так, что мне был видел лишь взъерошенный затылок и поникшие рысьи ушки. – Какой же бардак в твоей голове. Иногда мне кажется, что вместо тебя говорит другой человек, а не моя Мира.

- Я – это я, - пожала плечами, не совсем понимая, что он имеет ввиду.