Ангел, шельма и одноглазый кот 3

Но нежная – только для тебя одной, и злая для всех остальных. Ты считаешь меня чудовищем? Да, я – не на стороне добра. Но я готов положить всё, что имею к твоим ногам. Тебе лишь нужно сделать шаг мне на встречу.

И будто бы желая от меня чего-то большего, чем просто выслушать его, он отодвинулся и протянул руку, предлагая вложить свою ладонь в его.

Я медлила.

Опыт подсказывал, что там, где живет и царствует магия слишком многое наполнено символизмом, за которым скрывается нечто большее.

- Ну, же, мышка, - подтолкнул меня Сатус к принятию решения.

- На твоих условиях, - напомнила я.

- Условия всегда буду определять я, - без пафоса и самодовольства заявил он. И мы оба знали, что это правда.

И я потянулась ему навстречу, но в последний момент перед глазами всплыла надпись на холодильнике, выложенная магнитами «не верь ему». Рука дрогнула и изменила направление, устремившись к воротнику его домашней рубашки.

Как ни в чем не бывало я начала поправлять одежду, всем своим видом показывая глубокую занятость этим полезным делом.

Демон замер, задержал дыхание, не моргал, напряженный, будто сжатая пружина. Лишь глядел на меня расширившимися глазами, в которых не было удивления, зато настороженности и волнения – с избытком.

- Что ты делаешь? – выдохнул он и мускул на его лице дрогнул.

- Воротник загнулся, - буднично объяснила я. – А ты о чем подумал?

- Не дразни меня. Ходишь по тонкому льду. Что будешь делать, если провалишься? Если я перейду черту?

Он больше не угрожал, не кричал, не пытался задушить в демонстрации собственных возможностей.

Но в этой простоте копилось, скрывалось и множилось то самое коварство, за которым тянулся кровавый шлейф, пахнущий дорогими мехами и хмельными винами, в окружении которых живут те, кто творят историю.

Он не дождался моего ответа.

- Ложись спать, - приказал принц.

И, сорвавшись с места, покинул спальню, не сказав более не слова.

Стоило мне остаться одной, как комната сразу же показалась слишком большой, потолок слишком высоким, кровать слишком широкой и пустой, а воздух слишком холодным.

Забравшись под одеяло, я подтянула колени к груди и чувствуя себя бесконечно одинокой, провалилась в сон без сновидений.

***

- Ты не стараешься! – рявкнул на меня Сатус.