Ангел, шельма и одноглазый кот 3

Опустив обратно сорочку, я растерянно провела рукой по волосам и к своему удивлению услышала… бурчание желудка!

Под ложечкой засосало, так резко, будто я месяц не ела и поняла, что если немедленно, прямо сейчас не поем, то умру от голода.

Но вокруг не было не то, что еды, даже воды было не найти. И попросить некого. Абсолютно пустая безжизненная спальня, в которой шевелилась только я.

Повернувшись к террасе с мыслью, что надо как-то обозначить перед местными обитателями свое существование и комплектом идущие к нему потребности, я наткнулась на завесу.

Это была плотная пелена магии, толщиной с мою руку, которая тянулась от одной черной стены к другой, периодически вспыхивая приглушенным желто-оранжевым цветом. Потянувшись пальцами к этой преграде, я отпрыгнула, едва ее коснувшись. Тело будто пробило током.

- Ай! – зашипела я, прижимая руку к груди, кожа на костяшках покраснела и немного опухла. – Мощно, ничего не скажешь.

На террасу я теперь могла любоваться лишь издалека.

Меня заперли в этой спальне, как в клетке.

Оглянувшись на безмолвную дверь, я направилась к ней, крадясь на цыпочках. Не знаю, от кого или от чего я пряталась, но было ощущение, что за мной кто-то неусыпно бдел. Приблизившись, приникла ухом к толстой и выглядящей неприступно створке, затаившись, как койот на охоте.

И услышала, где-то там, вдалеке голоса, звучание которых постепенно становилось громче и четче, а это значило, что их владельцы приближались.

Я превратилась в сплошной слух и даже сердце вроде стало биться чуть тише, позволяя мне услышать говорящих.

- Я впервые сталкиваюсь с кем-то, подобным ей. Никогда прежде не видел, чтобы кто-то мог бессознательно сопротивляться целительской магии, да еще настолько упорно! То, что она столько прожила, с такой силой внутри - это настоящее чудо. Иначе не назвать. Возможно, кто-то специально позаботился о том, чтобы она выжила.

- Почему?

- Чем больше сила, тем короче жизнь. Они словно... выгорают, разрушают сами себя изнутри. Дети, подобные ей, погибают еще на этапе взросления. Кроме того, они почти не обучаемы. Они не ощущают пределов, ни своих, ни чужих. Они безрассудны и всячески лишены чувства меры и способности соизмерять свои возможности с уровнем опасности.