Чужой мир - мои правила

Никаких раздумий, одни инстинкты, в такой миг или ты останешься жив или соперник.

Ярец, словно налетев на стену, откинулся назад, вытянув ноги, и рухнул в подтаявший снег, скребя ногтями наст, изогнулся и захрапел кровавыми пузырями, ловя, как выброшенная на берег рыба судорожным ртом непослушный воздух.

- Как же так… – Побледнел Богумир. – Я не хотел… – Он, понимая, что сам помочь умирающему не в силах, схватил того на руки и бросился в деревню. Паника затмила разум. Он первый раз убил человека. Убил вот так, напрямую, собственными руками, а не наблюдая смерть с высоты далекой Прави.

Оттуда это выглядит иначе, не так страшно и кроваво, как здесь, где прямо перед твоими глазами человек корчится в предсмертных муках. – Волхва! Быстрее волхва!! Я убил! Надо спасти! Он умрет!!! – Орал он и бежал, по улице, а за ним, выскакивая из домов, бежали люди. Быстрее на площадь, только там есть возможность сохранить жизнь. То, что сохранять ее предстоит врагу, не приходило изгнанному богу на ум, это было сейчас не важно.

Кто-то забрал из его рук тело. Кто? Он не видел. Мир застелил туман помутившегося сознания, а когда он рассеялся, то реальность заполнилась недоуменным, злобным гомоном навалившегося на разум пространства собравшейся вокруг толпы селян.

У дома Строга, деревенского волхва, собралось все жители деревни. Перв со Славуней находились там же и стояли рядом с растерянным Богумиром, пытаясь его привести в чувства и успокоить.

Гомон толпы мгновенно стих, когда на порог дома волхва вышли: сам угрюмый хозяин, злой староста селения Любомир, и отец Ярца — Велемир, с перекошенным ненавистью лицом, залитый слезами и мечущий из глаз молнии.

- Умер. – Прокатилось вздохом по деревне эхо и оттолкнувшись от домов наполнило душу Богумира тупой болью.

Троица подошла к внуку Перуна и встала напротив, сверля взглядами его растерянное лицо.

«Лучше бы ударили», — подумал он, и опустил глаза

- Говори, как все произошло? – Любомир ожег и так израненную душу парня вопросом.

Скрывать было нечего, он рассказал все, без утайки, начиная с драки на льду реки, затем как пытался успокоить, и закончил тем, как принес умирающего в деревню.

- Видаки есть? – Нахмурился староста.

Парень мотнул головой:

- Нет. Никто не видел. Мы вдвоем были. Ярец сам подобрал такое время.

- Думаю я, что в порубе посидеть тебе надо, подумать. Время есть пока вече соберем, может правду сподобишься сказать. Надумаешь покаяться.