Попаданка для короля морей

Даже вернувшись на палубу, я чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Матросы отряхивали влажные волосы, повсюду разлетались брызги. Большинство из них, как и я, предпочли парусине открытое море, но нашлось немало желающих расслабиться в почти горячей воде под солнцем. Среди них был и Ги, он выбрался на палубу одним из последних, отжимая косу. Я с радостью отметила, что его взгляд стал совсем ясным и чешуя начала постепенно слезать с кожи, оставаясь на ней лишь местами, серыми сухими пятнами.

– Пожалуй, мне понадобится ещё несколько тренировок по плаванию, – пробормотала я, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Ладно, сама напросилась, – вдруг ответил Фрэдерик откуда-то из-за моей спины.

День прошёл в обычных делах, и, освободившись на закате, я снова вышла на борт, чтобы в очередной раз наблюдать за тем, как солнце ныряет в тёмные воды. Но насладиться часом спокойствия мне не дали: слева возник Ги и с обычной плутовской улыбкой сообщил, что капитан вызывает меня в свою каюту.

Я лишь холодно кивнула, но внутри всё сжалось.

Я медленно шла, стараясь отдалить предстоящий разговор. Надеюсь, только разговор. Но палуба оказалась предательски короткой, и в конце концов мне всё же пришлось постучать в деревянную дверь.

– Заходи.

Фрэдерик стоял у шкафа с резными дверцами и что-то в нём искал. Ни карт, ни книг на столе я не заметила. Только два изящных стеклянных бокала и лампу, которая освещала аккуратно обставленную простой деревянной мебелью каюту.

– Ты на этом корабле уже больше двух недель, – Фрэдерик захлопнул дверцу шкафа, и в его руке я заметила мутно-синюю стеклянную бутылку. – Но никто из команды, даже Дуглас, не знает ничего ни о твоём прошлом, ни о том, как ты оказалась на корабле Стефана. Так что я вынужден спрашивать прямо.

Фрэдерик откупорил бутылку и пригласил меня к столу. Я уселась на один из деревянных стульев с неожиданно удобной спинкой, он опустился рядом, на второй.

– Почему вы хотите об этом знать, капитан? – осторожно спросила я.

– Возможно, нам придётся жить бок о бок ещё не одну сотню лет. Я не хочу никаких неприятных сюрпризов, – холодно ответил он, но глаза странно блестнули в слабом свете.