На острие мезальянса

Это уже не намёки, это прямое обвинение. Поэтому, мне необходимо было увидеть тебя, Адам. Несмотря ни на что, даже если это смертельный риск. Но я так боюсь... мне страшно…

Вновь послышались рыдания.

– Ты подозреваешь кого-то?

– Нет. Меня многие не любят, но я и понятия не имею, кому могло понадобиться портить мою жизнь. Я не идеальна, но эти угрозы, в каждом предложении столько злобы… никогда не думала, что есть в мире кто-то, кто так сильно меня ненавидит.

Адам пытался успокоить девушку, он говорил что всё будет хорошо, что это только злая шутка.

Выждав для верности некоторое время, Анна поднялась на ноги и тут же поспешила прочь. От услышанного, на душе было тревожно.

Словно бы чувствуя тяжёлую поступь Адама, девушка спешила вернуться и бежала к поместью, самой короткой тропой. Она хотела оказаться как можно дальше от злополучной беседки. Мог ли Адам убить мистера Баверти? Могла ли так поступить мисс Дариэль?

Вопросов было слишком много, но учитывая, что у аристократки появился недоброжелатель, смерть старика была не такой уж и простой.

Анна вернулась в Ваден-Холд и вместо того, что бы выйти на каменную дорожку, свернула к конюшням. Нужно было привести мысли в порядок и избавиться от беспокойства.

Двери как и всегда были открыты настежь, а на встречу девушке шёл совсем молодой парень с тележкой полной старого сена и навоза. Переступив порог, Анна сразу же направилась к Солнечной.

Пусть гувернантка и не сильно разбиралась в лошадях, но была уверенна, что животные остро чувствуют настроение и намерения человека. Солнечная не любила её, лишь благосклонно терпела, что было неудивительно, ведь она так долго принадлежала Калебу и по этой причине, просто не могла понять, что происходит.

Из-за травмы Айрин, Анна редко выводила золотогривую красавицу из стойла, за что испытывала стыд, ведь Калеб Лэнгвертон ожидал от неё большей внимательности.

– Мы не всегда властны над судьбой, да, моя дорогая? – с тяжёлым вздохом спросила девушка у лошади, но та лишь недовольно фыркнула в ответ.

Солнечную, больше заботило отсутствие длительных прогулок и лакомства, а не душевные терзания своей хозяйки.