На острие мезальянса

Слова экономки глубоко задели девушку. Она ещё ничего не успела сделать, а её уже отчитывают как грешницу. В этот момент на глаза должны были выступить слёзы, от обиды и правда хотелось плакать, но внутри всё сжалось. Помимо обиды, в душе клокотала и злость.

– Мисс Мелис, вам не о чем беспокоиться, как только подойдёт к концу год моей службы, я покину поместье, лишив вас и всех остальных обитателей головной боли.

– Мисс Лейн, вы всё неправильно поняли, я не хотела вас обидеть. Я глубоко вас уважаю и просто хочу помочь.

Моя дорогая, если вам нужны будут рекомендации, я напишу вам самые лучшие и могу поспрашивать у знакомых, не требуется ли в какой-то достойный дом гувернантка.

– Это было бы очень любезно с вашей стороны, – сдержанно ответила она, понимая что возвращаться в пансион, ей хочется меньше всего.

От одной мысли о том, что ей вновь придётся пройти через окованные чёрным железом ворота, всё внутри сжималось.

– У вас есть траурный наряд? – спросила экономка, стараясь своим вопросом как бы сгладить момент.

– Полагаю что нет. Хотя одно из моих старых платьев могло бы подойти. Серое, строгое, как раз то что нужно, – с горечью в голосе усмехнулась девушка.

– Тогда я посмотрю что есть в сундуках. Черную шляпку я для вас найду и дам чёрную ленту, что бы обшить ваш тёмно-серый плащ. Да и платье думаю, найдётся. Вам же нужно присутствовать только на службе в храме и во время прощания. Так что сопровождая мисс Айрин, вы не будете сильно выделяться.

***

Похороны мистера Баверти были торжественными и по своей пышности могли затмить любое светское мероприятие.

Если бы не скорбь, витающая в воздухе, то можно было бы подумать что это зимний пикник.

Несмотря на сжатые сроки, народу приехало много. Айрин вместе с Анной всё же допустили в храм, но посадили у самого входа. С такого расстояния было сложно разглядеть что-то, но гувернантка была этому даже рада.

Мистер Баверти был очень знатным господином и почтить его память собрались не только жители Лейстига, Овинье и их окрестностей, но и аристократы из столицы.

Вопреки опасениям мисс Мелис, младшие дети барона всё же успели прибыть и теперь стояли у гроба в чёрных одеяниях под церемониальными плащами в цветах своего рода.

Когда порог храма переступила леди Дариэль, все взгляды тут же были обращены в её сторону. В струящихся чёрных одеждах, она была такой же красивой, как всегда. Ее бледное, будто бы выточенное из мрамора лицо, было скрыто полупрозрачной вуалью.