На острие мезальянса

Оттянув занавеску в сторону, гувернантка выглянула на улицу. На крыльце стояла мисс Мелис, недовольно сложив руки на груди и глядя на карету. Она была явно не рада, что её внучка уезжает так далеко. Но отчаянно давила это чувство в своей душе.

Рядом с ней стоял Вайш и Флая, о чём-то переговариваясь. Возможно, эти двое даже пытались успокоить экономку. Бартра и Элена блуждали тоскливыми взглядами по внутреннему двору, ведь помимо охраны, с маленькой госпожой поехала неприметная Данна, а не одна из них. Наткнувшись на взгляд гувернантки, глаза Бартры заблестели от догадок и предположений.

Несмотря на беспокойство, девушке было радостно от того, что совсем скоро она увидит сердце Эльравила. Так что с трудом сдержала улыбку, когда карета тронулась и Ваден-Холд остался позади.

Солнце стремительно поднималось в небе, постепенно разгоняя ночной сумрак. На траве сверкали капельки росы, а прохладный ветерок, вынуждал плотнее закутываться в шаль. Анна с нетерпением ждала момента, когда сможет перебраться из кареты на свою лошадь и вдохнуть полной грудью свежий воздух.

Несмотря на ранний подъём, девочки были веселы. Стоило выехать за главные ворота, как Айрин принялась рассуждать вслух о своём желании посетить столичный театр и главную площадь, а Ламина тихо сидела со счастливой улыбкой на лице. Несмотря на разницу в положении, для каждой из них, это была первый выезд за пределы поместья, что невольно, вызывало волнение.

Одной рукой Ламина крепко держалась за руку гувернантки, и этот жест только укрепил девушку в правильности принятого решения.

«И откуда во мне столько сострадания?» – подумала она, скользнув взглядом по бледному лицу девочки.

Маршрут был рассчитан таким образом, что бы уже к закату они могли остановиться на постоялом дворе. Часть пути Анна всё же проводила в седле, иногда к ней присоединялась Айрин, но ей было физически тяжело выдержать долгое время в седле, поэтому ей приходилось делать перерывы и возвращаться в карету к Ламине.

За всё время пути, никто из охранников даже не предпринял попытки заговорить с гувернанткой, да и их возничий Билли отличался особой молчаливостью. За всё время пребывания в Ваден-Холде, Анна уже успела привыкнуть к некоторой болтливости слуг, поэтому и чувствовала себя не очень уютно.