Заговор

От этого прикосновения веара вскрикнула, а он, испугавшись, руку отдернул. В итоге поймать девушку успел только чудом и больше благодаря рефлексам, чем осознанно. Бережно опустил хрупкое и безумно легкое тело обратно на постель, набросил ещё более мощное обезболивающее.

– Что это? – не выдержал он, когда она перестала фонить болью и отчаяние-смирением. – Какая-то болезнь? Травма?

– Скорее последствия ранения, – нехотя ответила она, не глядя на собеседника. Для неё было довольно странно общаться с кем-то, а уж тем более человеком, вне менталки.

– Позволишь посмотреть?

Вместо ответа Сеанита трясущимися пальцами расстегнула рубашку, обнажая чрезвычайно бледный живот, который пересекал уродливый рубец. Второй обнаружился на груди.

Беззащитная, не способная даже пошевелиться, она лежала и смотрела на склонившегося над ней мага, который все больше хмурился. Ему не нравилось расположение шрамов, не нравился её истощенный вид. Но веара, не привыкшая к тому, что к ней относятся как к человеку, наслушавшаяся историй о нечисти и сражениях с ней в академии, никогда не общавшаяся с людьми в телесном облике думала на совершенно другое.

Несколько минут он рассматривал страшные шрамы, потом осторожно, боясь навредить, коснулся нижнего, собираясь прощупать магией. Неожиданно приятное чувство заставило напрягшуюся девушку вздрогнуть. Мужчина тут же отдернул руку:

– Прости. Наложить более сильное заклинание?

– Не стоит, – тихо ответила она, загоняя вглубь желание податься за его рукой и растянуть прикосновение.

Чужое тепло было притягательным: её так давно никто не трогал… – Мне не было больно. Я просто… не ожидала.

Не зная, что на это ответить, он попросил:

– Можешь перевернуться?

– Пока вы держите меня под обезболивающим, да. – Перевернувшись на живот, Сеанита откинула рубашку.

Кожа на её спине была чрезвычайно бледной, словно бы её никогда не касались солнечные лучи. Но гораздо сильнее менталиста потрясло не это, а то, насколько выпирали кости.

Усилием воли Вьен заставил себя перевести взгляд на уродливые полосы шрамов. Здесь они, особенно верхний, были меньше, два-три пальца длиной, но и это было много. К тому же, нижний пересекал позвоночник: похоже, меч вошел в тело под углом. Это объясняло проблемы с хвостом, хотя мужчина и не вполне понимал кое-что иное.

– Насмотрелись? – поинтересовалась девушка, сев и быстро застегиваясь. Только тогда менталист понял, что слишком увлекся своими мыслями.