Тридцать четыре Ежки для Кощея. В погоне за женихом - 2

— Нисколько, — не стал отпираться он и, положив на стол какие-то бумаги, поднял на меня хитро прищуренные глаза.

Я никак не могла привыкнуть к новому статусу Зиги. В строгом сером костюме, на фоне темных тяжелых портьер, за темным же элегантным столом с изогнутыми ножками, в кресле с высокой спинкой, напоминающем трон, он выглядел величественным и отстраненным, как полагается любому правителю. Но вот его лицо осветила озорная мальчишеская улыбка, и в этом незнакомце я узнала друга.

— Ты неплохо устроился, — одобрительно кивнула я.

Осматривая большой, во всю стену, стеллаж с книгами, медленно пошла к другу. На противоположной стене висели яркие гобелены с изображенными на них битвами. Уютный диван у стены выглядел заманчиво для уставших ног. Туфли утопали по щиколотку в мягком высоком ворсе ковра. Даже жалко было по нему ступать. Зачем вообще устилать пол этим ворсистым чудом? Место этого ковра в спальне, где проходимость меньше.

Заняв стул напротив Зиги, я приготовилась слушать. Сосредоточенный вид друга красноречиво говорил, о том, что ему было что мне сказать.

Зиги настаивал на моем возвращении домой, считая что мне в Кощеевом княжестве не место. Он придерживался мнения, что Драгомир сам со всем разберется. Как водится, у меня на сей счет было другое видение. Я бы настояла на своем, но тут внезапно к Кощеям в гости заявилась Савина. Быстренько очаровав мою подругу, Зиги перетянул ее на свою сторону.

Друзья упорно настаивали на моем отъезде, а я искала каждый раз причины остаться. Когда идеи с оправданием иссякли — просто стала реже видеться с ними. Я бы и дальше не искала встречи с друзьями, не пришли мне Зиги срочное послание.

— Тебе нужно вернуться домой, — убежденно начал Зиги, придав своему лицу хмурый вид.

— Даже не начинай, — торопливо предупредила его, предчувствуя надвигающийся неприятный разговор.

С чего я решила, что Зиги отступится и оставит меня в покое со своей заботой?.

— Стоит Цветане пожаловаться на Драгомира дядюшке, и никто не помешает Сергию Несокрушимому выдать тебя Княжеским Старейшинам, — приглушенный голос друга звучал крайне категорично. – Лишь бойким бабулям под силу защитить тебя от гнева старцев. Не хочешь отправиться к ним по доброй воле – я приставлю к тебе свою личную стражу. Станешь сопротивляться — и они вынесут тебя, связанную по рукам и ногам, за замковые ворота на глазах свахи.