Пронзая ветер

Слишком глубоко сидит.

– Тогда вырезай, – нетерпеливо ответил Шут и вложил в руку девушки стилет.

Ей всегда нравились ножи, а этот был лучшим из тех, что она видела в своей жизни. Из легкого серебристого металла, с тонким клинком и удобной ручкой. Не удержавшись, подбросила. Послушно кувырнувшись, стилет мягко опустился в ладонь.

– Что медлишь? Не бойся, мне не будет больно, – поторопил парень.

Спохватившись и мысленно крепко отругав себя, она приступила к операции. Острие было колким как игла, а лезвие хорошо заточено.

Она быстро извлекла кусочек металла и протянула Шуту. Брезгливо бросив его себе под ноги, молодой человек с облегчением выдохнул.

– Спасибо, куколка.

«Куколка» звучало неприятно. Поморщившись, она коснулась своего лица и помрачнела. Действительно, кукла. Смущение нарастало от задумчивого разглядывания молодого человека, но и сил убежать не было.

– Твои мысли… Я не слышу тебя, – наконец, произнес он. – Тагиль дала тебе какой-то амулет?

Девушка кивнула и невольно дотронулась до подвески.

– Сними, – это звучало как приказ. Опомнившись, Шут постарался смягчить свои слова. – Прошу тебя... Мне нужно знать, о чем говорила принцесса, а твой рассказ – это лишь твоя интерпретация событий. Ты недавно у нас и еще не способна в достаточной мере разобраться в происходящем.

Каждая фраза находила свое отражение на его выразительном лице, а голос зачаровывал:

– Пожалуйста! Я понимаю, что просьба неприемлема. И все же мне необходимо знать правду! Я не причиню тебе вреда.

Лани покраснела.

Увлеченная движением губ, она уловила суть просьбы с запозданием. Торопливо сняв амулет Тагиль, девушка протянула его молодому человеку.

– Э-э-э, подруга, да ты подцепила ту же заразу, что и я! В жизнь нашего славного королевства, похоже, пришла мода на привороты, – покачал головой Шут. – Ладно, разберемся с этим позже. А пока посмотри мне в глаза и вспомни все, что с тобой произошло во дворце.

Лани скатилась в какую-то странную полудрему. События последних дней понеслись в ее голове вскачь.

Все это не заняло много времени, но когда очнулась, она испытала странную опустошенность. Ноги отказывались держать, а голова ныла. Девушка устало опустилась прямо на траву и потерла виски.

Линнок больше не обращал на нее никакого внимания. Он застыл над амулетом принцессы. И в сердце девушки зашевелилась ревность. Ему нравилась Тагиль, и приворот здесь был не при чем. Они, действительно, очень подходили друг другу, если бы не разница в положении.