Пронзая ветер

Молнии так и норовили пронзить их, но крылатые ящеры ловко проскальзывали меж грозных плетей небесного пламени. Изредка некоторые проходили по касательной по чешуе, и тогда драконов окутывали радужные искры. Только они не обращали на это никакого внимания. Они мчались прямо в эпицентр разыгравшейся бури. Там все светилось ослепительно белым от непрерывной череды разрядов. И Ланетте стало тогда до слез завидно. Ей тоже хотелось туда. Они оба были так прекрасны в своем стремительном полете!

С этого дня ей часто снились драконы».

— Отлично, Лани! — прошептал Шут, шумно вбирая в себя воздух. 

Его руки слегка дрожали, когда он возвращал девушке амулет. Вытерев со лба пот, он вернулся к пленнику. Тот задергался, пытаясь освободиться от стягивающих его веревок, но послушно затих, когда Шут резким рывком запрокинул ему голову и заставил взглянуть в глаза. Через несколько минут Линь выпустил обмякшее тело и, брезгливо вытирая руки о полу своего плаща, сообщил: 

— Это Тагиль послала за тобой погоню.

Можешь гордиться, Лани. На тебя она выпустила около сотни своих лучших слуг. Только искали они не там, где надо. Скорее всего, они узнали, что я намеревался посетить Южные острова. Поэтому большую часть людей отправили в портовые города. Сюда Корка с Отмычкой забрели лишь для успокоения совести. Понятно, когда Корка случайно наткнулся на тебя, просто ошалел от счастья. Ведь за тебя дают очень приличное вознаграждение.

— Значит, пока никто не догадывается, что вы с Лани путешествуете с циркачами? — поинтересовался Коросс.

Лани не заметила, когда он подошел.

Шут пренебрежительно фыркнул:

— Этим снобам такое даже в голову не придет. Они представить себе не могут, что я «опущусь до такой степени». Забавлять игрой простой народ за гроши — это выше их понимания. 

— Относительно нас с тобой у принцессы были какие-то распоряжения?

— Про тебя ни слова. А меня было приказано отпустить, — ответил Шут.

— Звучит странно, — удивился Коросс.

В ответ Шут лишь пожал плечами. Коросс хотел что-то еще спросить, но вдруг замер, прислушиваясь. Его меч стремительно вылетел из ножен. Обнажил свой клинок и Шут. Молодые люди, не сговариваясь, встали по обе стороны от Лани. Но вряд ли они могли защитить ее и себя. 

В звуки ночного лета ворвались топот копыт и лязганье доспехов. Когда вооруженные всадники быстро взяли их в кольцо, один из них соскочил с коня и приблизился к троице.