Медвежье сердце

Пес замер, запутавшись в собственных ногах, и сел прямо в снег, уткнувшись носом в бордовый плащ чародея. Поднял непонимающий взор темно-ореховых глаз на мужчину пред собой. Моргнул. Словно пытался вспомнить, что хотел сделать. Или намеревался попросить извинения за то, что чуть было не совершил.

— Ох, господин! Простите! — спохватился хозяин, который уже вцепился в ошейник животного и тащил затихшего пса обратно к конуре. — Совсем запамятовал. На цепь не посадил.

— Хорошая собака, — сухо отметил архимаг, обращаясь не к хозяину, а к Корвесам, которые стояли подле него, но почему-то даже не дернулись, когда зубастый сторож попытался напасть.

Видимо, не посчитали угрозой. — Толковая.

Хелвит Корвес задумчиво кивнул. Пригладил бороду. Обменялся с братом одним из тех их говорящих взглядов, которые они использовали вместо обычных слов.

— Со двора никто зайти в дом не мог, — шепнула Ивросу Керика, когда хозяин дома закончил пристегивать собаку к цепи возле конуры.

Внутри вновь зарыдала женщина. Когда толпа народу с улицы, наконец, вошла внутрь, они обнаружили не меньшую толпу, которая состояла из детей, стариков, старух, мужчин, женщин и надрывно плачущей матери.

Несчастная склонилась над одной из двух узких кроватей, стоявших вдоль стен, и была совершенно безутешна. Так, будто ее ребенок уже умер, а не лежал без сознания.

— Всем выйти, — коротко произнес Авериус Гарана, который явно не одобрял царившую внутри обстановку.

Гвалт и духота. Натопленный очаг. Десяток чадящих свечей на кухонном столе у окна.

Тлеющие в котелке травы — явная попытка отогнать хворь своими силами. Пахло терпко и остро. Да еще этот надрывный плач и непрекращающиеся советы родственников и соседей. И все в ограниченном пространстве маленького деревенского домика из двух комнатушек и тесных сеней. Такое не то что больному человеку не поможет, но и здорового доконает.

— Слышь, мужик! Не командуй тут! — один из местных встал в полный рост. Здоровенный мужичина с мозолистыми руками и красным носом размером с картофельный клубень.

Судя по-всему, местный кузнец или скорняк.

Иврос тотчас вклинился между архимагом и крестьянином, слегка отодвинув плечом Керику. Норлан оказался на полголовы выше дерзкого селянина.

— Он — архимаг. Он будет командовать, покуда вам нужна его помощь, — низкий голос импери вынудил все шепотки стихнуть.

Здоровяк раскрыл было рот.

Рокочущее медвежье рычание в груди Ивроса заставило даже несчастную мать перестать рыдать и с удивлением воззриться на незнакомцев.