Медвежье сердце

Потому Иврос отлично слышал, как долго скрипели половицы в комнате Керики по соседству с его. Чародейка то ли не могла уснуть. То ли занималась некими колдовскими приготовлениями. Ближе к полуночи Норлану удалось забыться сном на узкой и весьма жесткой постели. Но проспал он недолго. Чуткий сон нарушили встревоженные голоса. А спустя пару минут в его комнату заглянул Авериус Гарана.

— Одевайся, пойдешь с нами. Тебе полезно посмотреть, — без всяких предисловий сказал архимаг, а затем снова закрыл за собой дверь.

Иврос наспех собрался и уже спустя несколько минут спустился по скрипучей лестнице на первый этаж таверны, где в общем зале пара селян наперебой рассказывали что-то троим чародеям.

Очевидно, торопили их. Следом за Норланом вниз прошла и мастер Керика.

— Ведите, — коротко велел взволнованным крестьянам Авериус Гарана.

Все вышли во двор. Ночь выдалась тихой и безлунной. Низкие тучи скрывали небосвод, обещая к утру если не новый дождь, то уж точно небольшой снегопад. Вероятно, сырой.

— Куда мы идем? — тихо осведомился Ив, наклоняясь к мастеру над рунами.

Керика зевнула.

— Утверждают, что ребенка укусила какая-то ядовитая тварь десять дней назад, но сегодня у укушенной девочки началась лихорадка. Просят помочь и спасти малышку, пока не поздно, — вполголоса ответила она.

Импери почудилось, что женщина не слишком-то и верит россказням местных мужиков.

— Мне кажется, или я слышу сомнения в твоем голосе? — Иврос хмыкнул.

Чародейка бросила на него тяжелый взгляд.

— Да вообще история не вяжется, — еще тише сказала она.

— Во-первых, лично я не знаю в данной местности переносчиков таких ядов, что начинают действовать только спустя десять дней. Во-вторых, все ядовитые существа в такое время года еще спят. Даже бестии. Не говоря уже о простых змеях или пауках.

— Думаешь, они сами учинили что-то с ребенком? — Ив снова наклонился к женщине так, чтобы только она его слышала.

— Увидим, — Керика пожала плечами, отчего бусинки в волосах мелодично звякнули друг о друга.

Тем временем небольшая процессия прошла по широкой, разъезженной дороге мимо нескольких домишек и завернула во двор, обнесенный добротным плетнем.

Свет горел здесь во всех окошках. Было слышно, как внутри навзрыд плачет женщина. Но ее рыдания заглушил пронзительный лай. Серый волкодав в три прыжка оказался подле архимага, клацая зубами и брызжа слюной.

Авериус Гарана резко развернулся к нему. Он не делал ничего. Не говорил. Не колдовал. Он просто посмотрел на собаку.