Слепое Сердце, или Облачная Академия

От напряжения колдовского эфира волоски на ее теле встали дыбом, точно наэлектризовавшись. С потолка посыпались камни: сначала мелкое крошево, затем крупные булыжники, составлявшие свод подвала. Магическая сила Горгорона вырывала их из каменной кладки, делая в потолке брешь.

Вокруг Ланы падали обломки, и дракон, чтобы защитить девушку, вскинул над ней свои крылья в качестве щита. Лишь несколько ударов сердца потребовалось, чтобы в потолке подвала образовалась дыра, через которую пробился молочно-белый лунный свет.

– Мы еще встретимся, лорд Коннери, – Горгорон пророкотал и, сильно оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, взмыл в ночное небо.

***

Гор проделал дыру в самом центре внутреннего двора, и Лана лишь бросила полный сожаления взгляд на росшие там поломанные сосенки. Несколько взмахов могучих крыльев, и дракон со своей всадницей оказался очень высоко над Академией, а академический лесочек пропал из виду, заслоненный облаками.

И тут Лана почувствовала, что задыхается. Горгорон поднялся настолько высоко, что человеку было трудно дышать там. Дракон уловил ее болезненное состояние и спланировал ближе к земле, нырнув в толщу кучевых облаков.

Лана прильнула к горячей драконьей шкуре. После того, как она сняла с Гора ошейник, пропустив через свои руки колоссальные Потоки магической энергии, ладони жгло и саднило. Девушка положила руки на драконью чешую в надежде на облегчение. Она почувствовала под пальцами легкое приятное покалывание, словно его шкура была наэлектризована.

Они летели молча, не общаясь даже мысленно. Дракон мерно махал огромными крыльями, рассекая ночь, девушка обнимала его, вдыхая удивительный драконий запах. Она не думала о том, куда летит могучий зверь, что ждет ее дальше. Ей было хорошо и спокойно, и Лана готова была провести вечность на горячей драконьей спине.

Вот, дракон вылетел из облаков, и Лана распахнула глаза, как могла, широко, чтобы увидеть все открывшееся взору великолепие. Стояла ночь, и внизу, на земле, было темно, но иссиня-черный небосвод был усыпан мириадами ярких песчинок. Звезды мерцали и переливались, словно разговаривали друг с другом. Они складывались в причудливые созвездия, с удивительной художественной точностью повторявшие очертания зверей, птиц или сказочных созданий.