Сердце даэдра

— А не то он сделает какую-нибудь феерическую глупость. Влюбленный мужчина — зверь опасный, знаешь ли.

— Он не влюблен. Вернее, не в меня, — Алисия нервно дернула плечом и отвернулась от дреморы.

Колдунья прошла шагов десять, прежде чем Эштон ее догнал. По его вопросительному взгляду она поняла, что воин был бы не против выслушать объяснение столь противоречивой фразы. Вот только стоит ли говорить?

— Я всегда думал, что разбираюсь в человеческих чувствах, но ты поставила меня в тупик, — наконец, признался дремора, поравнявшись с колдуньей.

Теперь они вместе шагали вдоль побережья, и Алисия, умиротворенная спокойствием окружающей природы, решила, что от ее честности большого вреда не будет. В конце концов, она, может, с Жаком вообще больше никогда не встретится, а уж Эштон его точно найти не сможет — по крайней мере до тех пор, пока не получит физическое тело в Нирне. В том, что ему это удастся — с ее помощью или без — колдунья почему-то не сомневалась.

— Он придумал себе какой-то образ милой нежной девушки, которую надо оберегать, и влюбился в него. Почему-то решил, что я именно такая и есть. Может, в годы ученичества в коллегии бардов я и в самом деле походила на милую мечтательную поэтессу, но те времена давно прошли, а он… упорно не хочет видеть реальность.

Только когда слова отзвенели в свежем воздухе, Алисия поняла, что произносить их вслух не стоило, но поздно — ехидная улыбка уже пробежала трещиной по тонким губам Эштона.

Колдунья ждала, что он отвесит какой-то едкий комментарий, но дремора промолчал, и от этого на душе почему-то стало еще более мерзко.

Алисия взглянула на солнце, которое лениво перекатывалось через середину неба, потом на горы, торчавшие затупленными зубьями зверя, бессильного надкусить хотя бы краешек неба, и поняла, что она почти на месте. До кургана, в котором она прятала кое-какие пожитки, оставалось не больше получала пути.

Призывать дремору колдунья уже порядком устала, но продолжала упорно делать это, и сейчас Эштон беззаботно шагал рядом.

Ведьма повернулась к нему, чтобы отвесить какую-нибудь беззлобную колкость — просто так, без причины — и успела заметить его молниеносное движение. Одной рукой воин оттолкнул ее, второй поймал стрелу.

«Даэдра вас подери!» — мысленно выругалась Алисия, призывая лук и укрываясь за ближайшим камнем.

— Справа! — крикнул Эштон.