Повариха

Народу, как я поняла, здесь в замке всегда было много, и готовить, убирать, служить приходилось с утра и до ночи, пока не улягутся спать самые последние из гостей и приживал. Домочадцы здесь также пользовались прислугой, хотя и не были роднёй хозяину, но в то же время он содержал целый двор свиты и даже без рангов и званий. Это были разорившиеся дворяне, третьи и далее сыны баронов, рыцари собственного воинского отряда. А также племянники и племянницы, коих герцог пригрел и которых хотел пристроить к служению или же замуж.

Всю эту ораву нужно было кормить и обслуживать.

- И сколько же их бывает в замке постоянно? – спросила я помощниц, когда те замешивали тесто. – Мне надо знать, на сколько человек готовить утреннюю сдобу.

- Сейчас-то человек пятьдесят, а, в общем, на двадцать-тридцать, - ответили мне молодки.

- Ну, что же, - подумала я весело. – Этим меня не удивишь. Привыкла к объему продукции и к готовке на такое количество народа и даже больше. Все же не домашняя хозяйка на семью из трех-четырех человек, а профессионал широкого профиля.

Глаз наметан.

Устроившись на своем новом месте, переоделась в рубашку, любовно сшитой самой из тонкого батиста с кружевами, укуталась теплым одеялом и, при открытом окне, заснула сном радостным и счастливым.

Пробуждение было странным. Я подскочила и бросилась к дверям, откуда слышался стук по металлической пластине, прикрепленной к середине деревянного полотна и мужской голос, что пора подниматься. Еще ранее, я спросила у СашИ, зачем это, на что она посмеялась тогда, сказав, что утром узнаешь.

Я, почему-то, не придала значения, и потом просто забыла узнать у молодок когда прощались. Теперь поняла, что здесь есть специальный побудщик, который ходит с деревянным молоточком и стучит в двери тех, кто должен вставить и идти работать. Моя побудка была раньше других кухонных работников, так как хлеба должны быть испеченными и остывшими, а вот сдоба горячей и свежей, как и остальная пища к завтраку.

Быстро привела себя в порядок, надела темное платье, убрала волосы под белый платок «солоха», приспособила белый фартук с карманами.

Здесь носили фартуки разных расцветок – кто какие хотел. Были тут и белые - в основном у подавальщиц и у шеф-повара Мареда и Грубеля.

- Наконец, он надел белое! – тогда подумала я, когда увидела его в фартуке до колен, похожих на женский сарафан. Правда, был еще и в моем колпаке. А после я узнала, что и Маред решил себе тоже такой же сшить.