Новая хозяйка Академии

Проводив сестру до усадьбы, я как бы невзначай заметила, что сразу после дворца могу составить ей компанию. Но сестра отрицательно покачала головой. То ли она ещё дулась, то ли действительно хотела побыть одной. Я не стала настаивать, лишь обронила, что на меня в любой момент можно рассчитывать. Всё-таки это ужасно – ссориться с ней, особенно сейчас. Выяснением отношений мы лишь усугубим проблему.

Оставив Зарину на попечение нянюшек, я вернулась в карету. Надеюсь, Пётр уже записал меня на аудиенцию к его величеству? Учитывая ситуацию, император должен уделить мне как минимум полчаса своего времени.

Шутка, что ли, назначение главы Академии Северных Княжеств! Я назвала кучеру адрес модистки и нервно сжала перчатки. Неспокойно на душе было не только у сестры. Определённо меня что-то настораживало в этой истории, но поймать мысль я никак не успевала.

Почему же смерть отца задела меня с такой силой?..

Для дворца я выбрала тонкое платье с мягким корсетом и прямой юбкой. Белый верх, синий низ ¬– всё по последней моде.

Простовато, конечно, но у нас деловая встреча, а не вечерний бал, где нужно сверкать как новогодняя ёлка.

Однако зря я сомневалась в поверенном отца. Услышав моё имя, из будки стражи тотчас появился провожатый.

Великолепие дворца поражало, и в другой ситуации я непременно бы остановилась у дивных статуй. Но причина моего визита не располагала к созерцанию. Минув пару лестниц и коридоров, мы оказались в приёмном кабинете.

Вот только не его величества.

– Доброе утро, Косса, – поднялся из стола молодой мужчина, высокий статный блондин.

Последний раз я видела его десять лет назад и узнала не сразу.

– Ваше императорское высочество, – сделала неловкий реверанс.

Надо же, отвыкла... Жаль, под рукой не было веера, чтобы незаметно рассмотреть его высочество. Неожиданно возмужавшее высочество. Я помнила цесаревича Данимира худым, сутулым и прыщавым, с коротким ёжиком светлых волос под высоким париком. Сейчас в парике он явно не нуждался – густые локоны до середины шеи обрамляли лицо, а лёгкая щетина придавала мужественности.

Идеальная осанка, широкие плечи, подчёркнутые белым расстёгнутым мундиром. Я просто в восхищении! Какой же уровень работы над собой!

– Соболезную вашему горю, – с пониманием, но без излишней драмы произнёс цесаревич.

Спохватившись, что у меня горе, я печально опустила глаза и кивнула. Но, кажется, не очень убедительно, ибо его высочество нехорошо сощурил глаза.

– Благодарю, – коротко ответила.