"Неотложка" вселенского масштаба

— Всёля, я хочу тебя обнять!

Умеют ли вселенные хмыкать, не знаю. Но моя, кажется, умела.

— Ольга, у нас всё получится. Давай.

Тонкая плёнка с едва заметными кустиками волос легко снялась с матрицы, немного растянулась в моих пальцах и закрыла часть заживающей раны.

Теперь предстояло самое трудное – тончайшим пинцетом прихватить кустики волос у основания, а затем, не пережимая, не сдавливая, утопить в поверхность, «укоренить». Каждый. Один за другим.

При этом следить, чтобы движение было точным, выверенным – не слишком глубоким, бережным, аккуратным.

В эту монотонную работу незаметно влился голос Валентина. Я не видела, что он там делал, лишь слышала иногда легкий металлический стук инструментов друг о друга, да его рассказ.

Лика не стала сильно сопротивляться ухаживаниям Валентина. Не в первую встречу, но почти сразу предупредила: это короткий роман, до окончания университета, не более. Да, ей интересно с ним, но надолго ли хватит этого интереса? Вряд ли. И она с лёгкостью расстанется с ним – у неё другие жизненные планы.

— Ах, как меня это задело! Лика, ты слышишь? Ты не могла придумать ничего более сильного, чтобы я прикипел к тебе, — в голосе слышалось возмущение и любовь.

И он забросил работу, посвятив практически всё своё время тому, чтобы продлить её интерес: маленькие, точно выверенные безумства, изящные и недорогие, но очаровывающие подарки, романтика, потребность в нём. На цель привязать Лику к нему как можно сильнее, работала целая команда людей, ценнейших отцовских специалистов.

Я достала вторую пластину с другим типом волос. Здесь кустики росли пореже и были крупнее. Хорошо, что начала с самых тонких – я уже чувствовала, что устала. Постояла несколько мгновений, зажмурившись.

А Валентин продолжал болтать:

— Это было по-детски. Но Лика не скрывала своих планов. После окончания университета она собиралась ехать в провинцию. Там биоинженеры получают хорошую зарплату…

— Женщинам платят за службу? – уточнила и закрыла глаза, пользуясь передышкой.

— Конечно! Их даже обеспечивают жильём и даже — о чудо! — оплачивают проезд до места работы.

Валентин иронизировал, но я не понимала иронии: женщина служит, как мужчина, и ей за это платят жалованье! Удивление моё было таким сильным, что даже накатывающая усталость отступила. Но дальше я уже продолжала поражаться чужим порядкам молча.

— Лика сказала, что не упустит свой шанс, напомнила об уговоре, что отношения не будут долгими, и стала собирать вещи.